Онлайн-библиотека книг
Похоже, «Метаморфозы Катрин» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"Я набрала воздуха побольше и заговорила:
— Ваша светлость, госпожа герцогиня! Великодушно прошу простить меня. Некоторым извинением мне может служить лишь то, что барон предлагал мне пятьсот салемов за леди Ровену, и я подумала, что обменяв первый раз вдовью долю дочери на тысячу салемов, вы, в этот раз, возьмете дешевле!
Герцог побагровел от злости.
— Леди Катрин! Вы отдаете себе отчет, с кем вы разговариваете? Вы с ума сошли? Вы обвиняете мою жену, вашу правительницу в такой мерзости? Да я вас в монастырь на покаяние сошлю!
Ори-ори, сделать ты мне ничего не сможешь, слишком любишь деньги.
— Ваша светлость, а не расспросить ли вам барона Фуста? Более того, я видела, что вас смутил брачный договор леди Ровены. У меня есть живой свидетель этого мерзкого поступка герцогини.
Герцог опешил…
— Вы утверждаете…
— Дорогой! Ты обещал защищать меня, а сам позволя…
— Молчать!
Ого, как рявкнул! Просто восторг!
— Я утверждаю, ваша светлость, что графиня Мариза выдала свою дочь за старика, который вам, ваша светлость, в отцы годился и при этом разрешила оставить свою дочь без вдовьей доли.
— Дорогой, она пытается оговорить меня, а ты позволяешь!
— Мариза, если ты еще раз откроешь рот без позволения, в монастырь поедешь ты. Ты поняла меня, дорогая? Хорошо поняла?
Побледневшая Мариза молча кивнула. Похоже, что герцог просто в бешенстве.
— Бойл, пригласи барона Фуста в… ну, в сиреневую гостиную.
До возвращения Бойла все молчали и дышали через раз. Мне тоже было страшно. Дергать льва за хвост — не самое умное занятие. Но и разрулить ситуацию нужно было обязательно. Нельзя давать герцогине шанса промыть мужу мозги.
— Где ваш свидетель, леди Катрин?
— За дверью, ваша светлость.
— Дамы, вы все сидите здесь, в присутствии Бойла и не открываете рот. Ни одна из вас! Вы поняли мой приказ? За ослушание — монастырь на полгода. Вас, дорогая моя, это тоже касается! Мариза? Ты услышала меня?
Побелевшая герцогиня молча покивала головой. Кажется, в этот раз она собиралась плакать совсем непритворно.
— Бойл, садитесь и следите — никаких разговоров!
С этими словами герцог оставил нас.
