Метаморфозы Катрин

Даже письмо от жены, которое доставил капрал Суро, Марк решил прочитать завтра. На словах капрал, проживший в замке почти два дня, сказал, что все хорошо. Это — главное. А подробности можно узнать и завтра.

Когда Милли зашла в комнату, неся тяжелый поднос, Марк уже спал, раскинувшись на кровати прямо поверх одеяла. Одетый. Только тяжелый кожаный колет был небрежно брошен на пол возле кровати. Немного подумав, Милли оставила поднос на столе, накрыв от мух большой чистой салфеткой и, слегка откатив к стене бесчуственое тело, накинула на него кусок одеяла.

Толстые стены старого замка прогревались медленно и в комнатах было прохладно.

Окончательно промерзнув к утру Марк проснулся и резко вскочил с кровати. Выдохнул… Никуда спешить не нужно! Только есть очень хочется. А на столе, под салфеткой — что там?

Даже остывший пирог с рубленым мясом был вкусен! Королевский повар, гвайр Рубино, благоволил трудоголику и аккуратисту Марку, признавая в нем равного себе.

В жизни мэтр Рубино не слишком жаловал придворных хлыщей и не боялся их неудовольствия. Главное, что его стряпня и его аккуратность нравятся королю. Даже всесильного герцога Арского, фактически, второе лицо в королевстве, не боялся — герцог и сам умел работать до седьмого пота. Да, не так, как мэтр Рубино, не на кухне, конечно. Но с бумагами и посольствами, с законами и приказами. Вот и этот юный фанатик, лорд Шарон, снискал симпатию гвайра именно своей работой.

Мэтр Рубино, признаться, в глубине душит был вольнодумец и считал, что работать честно должны все! И тогда не важно, кто король, а кто повар! Вот так! Потому на стол к своим любимчикам он всегда отправлял лучшее, что производила кухня. Кроме того, это молодой граф полгода назад похвастался, что его жена придумала жарить в кипящем масле новый овощ — картофель. Режет тонкой соломкой и жарит. И попросил мэтра приготовить такое хоть один раз. Интересно ему было, что же его жена так хвалит. Ну, почему бы и не помочь хорошему человеку? Блюдо вышло столь необычным, что мэтр рискнул подать его как гарнир к свиным медальонам в пряном соусе. И удостоился, между прочим, благодарности его величества и кольца с руки! Многие ли придворные хлыщи могут таким похвастаться?!

Марк, между тем, уплетал пирог мэтра, совершенно не думая о том, какие чувства испытывал вчера гвайр Рубино, следя за сервировкой его подноса.