Метаморфозы Катрин

Может тут я перестраховалась, но уж лучше — так!

Все сопровождающие маркиза, в том числе и сам лорд Ливон выдали одну и ту же версию, да, слегка облагороженную им, но с усмешкой над моим благочестием преподнесенную его товарищами.

— Вы довольны, леди Катрин? Я вполне понимаю ваше возмущение поведением лорда Ливона. Негоже говорить такое молодой замужней даме. Он вел себя дерзко. Я готов его наказать, как вы потребуете!

— Нет-нет, господин маркиз! Не стоит порить гостям настроение. Давайте пойдем завтракать! У меня очень строгая повариха, ваше сиятельство! Она не любит, когда блюда остывают и теряют свежесть!

Когда маркиз вышел из кабинета, я сказала Ровене:

— Я не виню тебя за доверие к нему.

Но мне не нравится человек, готовый оклеветать другого, чтобы получить то, что хочет. Не зря он давил на жалость и пытался представить меня в твоих глазах плохой хозяйкой, которой наплевать на гостей. Он пытался вкрасться к тебе в доверие и вбить клин между нами. Вот этого я ему не прощу.

— Катрин, тогда я не слишком понимаю… Он хотел обесчестить меня?

— Думаю, Ровена, он хочет женится на тебе.

Точнее — на твоей мастерской. Он безземельный дворянин, у которого из доходов только содержание от маркиза. А ты, в его глазах, богатая добыча. Прости, дорогая, что пришлось сделать тебе больно… Но выйти за такого замуж — хуже всего.

Мне было искренне жаль девочку. Она была бледна, плохо ела и, сразу после завтрака ушла, сославшись на головную боль.

А лорд Ливон был отправлен со срочным письмом к герцогу и приказом не возвращаться.

Маркиз не дурак и понял мое неудовольствие. Гости задержались в замке еще на четыре дня и к концу их визита никто бы не сказал, что Ровену что-то расстраивает.

Но после их отъезда я поняла — нужно вывозить ее в люди и искать мужа. Пусть не богатого, но достойного человека. Сама я, увы, слишком плохо разбиралась в местных красавцах. Но уверена, есть человек, который мне поможет.

Через три дня мы выехали в гости к барону Ирусу. Думаю, нам там будут рады.

Глава 81"

"Спешно нанятые фрейлины, которые сопровождали нас с Ровеной в дороге, оказались не самым удачным приобретением. Одна из них, леди Калия, отличалась редкостной болтливостью. Даже прямой приказ заставлял ее закрыть рот на десять-пятнадцать минут. А потом она снова начинала трещать. По манере разговора она напоминала мне осла из «Шрека» и выбесила меня так, что я отсадила ее в возок Ровены, а Ровену забрала к себе. И мы обе с облегчением вздохнули.