Метаморфозы Катрин

Нет уж… Поэтому Фица растерла меня мыльной мочалкой и облила чистой водой. Пока и это терпимо. Потом придумаю, что делать, что бы не таскать воду ведрами по лестницам. Тут и само то ведро весит неподъемно. А если еще и с водой таскать…

На ужине маман вела себя так странно-любезно, что мне стало не по себе. Как будто и не она здороваться с невесткой отказалась и пыталась засунуть в холодну. башню. Вежливо кивнула мне и, без всяких споров, уступила хозяйское кресло с высокой спинкой. У Марка кресло было еще больше моего.

Остальные места за высоким столом были заняты фрейлинами, управляющим, и крепким седым мужчиной. В возрасте. Шрам наискось через бровь по щеке. Высокий, примерно, как Марк. Думаю, это и есть тот самый капитан Кирк. Поговорить бы с ним, понять, что он такое. Тертый жизнью опытный человек или тупой вояка?

Я с любопытством рассматривала тех, кто сидел за нижним столом. Две дородные нервные женщины. Еще одна — чуть помоложе. В чепце горничной. Думаю, горничная хозяйки. Несколько мужчин.

— Марк, а кто эти люди?

— Это помощники управляющего.

Старший эконом, гвайр Сард, он закупает продукты, ткани, продает излишки всего, что нужно. Вон тот моложавый — гвайр Бланд, он занимается крестьянами. Ездит по селам, знает, кто и сколько должен. Гвайр Курф занимается мастеровыми. Не только в городе, но и в деревнях. Собирает с них налоги, решает все споры.

— А зачем тогда нужен управляющий?

— Он ведет книги расхода и прихода, хранит деньги, и следит за всеми тремя. Он умеет писать и считать.

— Ты уже разговаривал с капитаном Кирком?

— Нет, но обязательно поговорю после ужина. А ты давай не болтай, а поешь как следует.

— Да я уже сыта!

— Ты тощая, как уличный котёнок. Так что возьми еще кусок мяса и не спорь.

— Фууу, Марк, ну это смешно!

— Леди Катрин! Я не собираюсь с вами спорить.

— Марк, пожалуйста-пожалуйста, ну не ругайся! Я сейчас и правда не хочу. Давай просто возьмем блюдо с едой в комнату? Я тогда перед сном еще что-нибудь съем, честно! И можно мне грушу?

— Вот ты лиса! Ладно, возьмем с собой.

— И ещё одну грушу!

— И грушу — Марк засмеялся.

После ужина свекровь меня прямо напугала. Перед тем, как удалится в свои покои, она поклонилась отдельно Марку, отдельно — мне. Ой, не к добру это дело. Ну, хоть убейте, не верю я в её смирение и признание меня хозяйкой.

В комнате меня встретила растерянная Фица. Ей сказали на кухне, что горничная госпожи должна есть за нижним столом в зале. Но сама она не рискнула туда зайти.