— Слышали уже?
— Да.
— Корочки мои помните?
— Конечно.
— Тогда слушайте приказ: немедленно приступайте к расследованию покушения на Путина. С вашим начальством я все решу.
— Есть приступать к расследованию!
— Очень надеюсь на вас, Николай Вениаминович!
— Немедленно выезжаю на место преступления.
— Хорошо. Тогда, до встречи, и Соколов положил трубку.
* * *Машина приближалась к Москве, а Егор обратился к водителю:
— Я подремлю, хорошо? Разбудишь, как приедем. Вот, возьми деньги, остановишься возле магазина и купишь еды побольше — самой калорийной, икры там, масла, хлеба, сырокопченой свиной грудки и т.
д.
— Так точно, сделаем, — ответил тот.
И Егор закрыл глаза.
* * *Нараяна открыл глаза и осмотрелся. Яркие звезды по-прежнему сияли вокруг, составляя длинную косу его возлюбленной супруги Лакшми.
— Здравствуй, Счастье! — ласково произнес он.
— Здравствуй, тот, в ком люди находят убежище, возлежащий на водах вечности, супруг мой возлюбленный!
— Мне больше нравится — Воплощенный аспект Святого Духа, движущийся над водами Творения.
Ибо это ближе к истине. Убежище люди находят лишь во Христе.
— Ты как всегда прав, дорогой. Что-то случилось, тебе приснился плохой сон?
Нараяна засмеялся, целуя Лакшми:
— Ты знаешь, солнце мое, что мне не снятся плохие сны, ибо я не разделяю творение на плохое и хорошее. Просто не могу решить, что делать с одним человеком, можно ли позволить ему обрести счастье успокоения или он должен еще продлить свой путь в мире страданий.
— Все же ты очень заботишься о людях, тебе не зря дали твой титул, — погладила его по щеке Лакшми.
Нараяна впился долгим и нежным поцелуем в ее губы. Потом откинулся на спину и задумался.
— Ты уже все решил! — засмеялась Лакшми.
— Оля, ты мне нужна там.
— Как пожелаешь, Егор, супруг мой. В человеческом теле есть свои прелести.
Нараяна вгляделся в маленькую планету Земля, возлежащую в цветке лотоса, стебель которого тянулся из его пупка. Земля стала приближаться в его глазах все быстрее и быстрее, масштаб все увеличивался.
И вот уже стала видна черная ""Волга"", заворачивающая на улицу Грановского. А внутри ее маленький человечек, дремавший на переднем сиденье. Его расслабленное тело надвигалось с огромной скоростью, и в это время кто-то потряс его за плечо.
* * *— Товарищ старший лейтенант, просыпайтесь, подъезжаем! — говорил водитель, осторожно потряхивая Соколова за плечо. Перед глазами в последний раз мелькнул далекий образ с волосами из звезд, и Егор открыл глаза.
