Метель

Самрат задержал на мне испытующее внимание, прежде чем терпеливо ответил:"

"— Не буду врать — мне нравится, как ты смотришься в моей рубашке, но она будет мешать.

В его голосе не было даже намека на иронию, но я все равно не спешила слушаться. И дождалась, что мужчина сам начал приближаться, за пару шагов загнав меня в угол.

— Перестань дрожать, — Сдержанно велел он, ловко расстегивая пуговицы, несмотря на то, что я старательно мешала ему это делать. — Наедине со мной ты не должна стесняться. Тем более я уже видел всю твою красоту.

Так же ловко он освободил меня от рубашки и, не обращая внимания на мое горячее смущение, позволил самой зайти в душевую кабину. И ведь я даже не могла предположить, что меня ждет?! Но то, что Самрат был одет, почему-то настораживало еще больше. Он лишь небрежно подтянул рукава, прежде чем вытянул шланг и включил воду.

— Раздвинь ноги. — Услышала я неожиданное указание.

Прижимаясь к стенке и потирая кожу, сплошь покрытую колючими мурашками, я в полной растерянности уставилась на мужчину.

— Что? — только и выдохнула, догадавшись, наконец, что он собирается делать.

Но Самрат уже терпением не отличался, потому что тут же притянул меня ближе за предплечье и с каменным выражением лица сам развел мои ноги.

— Тебе нужно было сразу это сделать. — Заметил он, непреклонно, но бережно вторгаясь в нежные складочки. — Такая небрежность плохо заканчивается.

Мне пришлось закусить щеку, чтобы не простонать от дискомфорта и этого унизительного положения.

Пряча взгляд, я успела вытереть мокрые дорожки на щеках, прежде чем Самрат отстранился и выключил воду. Кажется, он ничего не заметил, потому что сразу направился за полотенцем. Стараясь проглотить настойчивый комок горле, я молча снесла, когда он завернул меня им точно ребенка и вынес из кабины.

Только в комнату он не спешил. Возвышаясь надо мной и прожигая своим взглядом, ласково провел ладонью по щеке и неожиданно сказал:

— Я хочу, чтобы ты провела со мной некоторое время.

Мужчина сказал это бархатным, пронизывающим голосом, однако внутри меня тут же пронеслось стягивающее до неприятного осадка чувство. И он не стал игнорировать недоверчивое замешательство, отразившееся на моем лице.