Выждав с полчаса, он начал разбирать гроб, вытаскивая из него гвозди-сотки – пригодятся для охоты, питаться чем-то надо будет в лесу. Он начал оторванными досками отодвигать землю вверх, но оказалось, что проще выломать доски вовнутрь гроба и самому пробурить рыхлую землю могилы руками. Егор осторожно высунул голову из земли, стряхнул с головы сухую глину и осмотрелся. Вокруг никого не было – это кладбище редко кто посещал. Егор вылез из могилы, отряхнул с себя землю – сухую глину – даже карманы робы оказались ей набиты, тщательно выровнял могильный холмик, ликвидируя следы своего оживания.
Закончив с могилкой, Егор двинулся в лес, в котором в прошлый раз ему не удалось уйти от погони. Простыню снял с шеи и повязал на поясе – пригодится в дороге. Сейчас он чувствовал стороны света – у него был четкий ориентир на север, а как – он и сам не знал. Через пять часов Махин был уже в километрах тридцати от лагеря, пора было озаботиться едой. Места были глухие, дичи было достаточно.
Он ползком подкрался к стае куропаток, маскируясь в высокой траве, присмотрел ближайшую куропатку и метнул в нее гвоздь, и попал точно в грудь птицы, та без звука свалилась с ног, другие куропатки ничего не почуяли. Егор тут же метнул второй гвоздь, сбив вторую птицу, которая закричала, падая на спину, трепыхаясь. Стая поднялась и улетела. Махин осмотрел добычу – пара птиц, примерно килограмм мяса, на один раз сойдет. Надо было озаботиться огнем.
Его даже не обыскали, у него в кармане лежал коробок спичек и папиросы. Курил он мало после больнички, скорее по привычке, но курево и спички были всегда с собой."
"Махин собрал сушняка, разжег костер, ощипал куропаток, скальпелем разрезал их и распотрошил. Нанизал куропаток на прут, поставил печься на костер, подбрасывая мелкие сухие палочки для равномерного небольшого огня, поворачивая прут с куропатками. Через полчаса куропатки были готовы, он быстро их съел, хоть они были и без соли, но вкус для него был бесподобный.
После обеда Егор спрятал все следы пиршества, двинулся дальше в сторону Красноярска, в котором он жил, и произошли все печальные для него события. Он собирался обратиться за помощью к соседям, они уж точно его не сдадут. Марфа работала паспортисткой в УВД, Махин надеялся сделать через нее новые документы и уехать из Красноярска.
Утром следующего дня он решил набрать малины и сварить чай.
