Метка демона

Зато здесь указывались метки главы каждого рода. Нужно только перевернуть страницу, чтобы проверить…

Высшие ледяные демоны. Двое равноправны. Двое имеют одинаковое влияние, буквально разделяют территорию ледяных демонов на две половины, в то же время единые. Лестр Азалар ард Ригилон. И лестр Заиран ард Сагивей. Метку собственности на меня поставил Заиран ард Сагивей.

Я вспоминала его лицо. Его черты запечатлелись в памяти так сильно, так отчетливо, что от них не избавиться никогда. А порой они мне даже снятся ночами.

Лицо, чем-то неуловимо отличавшееся от всех остальных. Потому что он – ледяной демон. Ледяные демоны немного другие. У каждой расы свои черты. Вот и ледяные демоны обладают своими особенностями, которые не так уж легко описать, но не заметить невозможно.

Лицо, запечатленное на иллюстрации в книге, точь-в-точь совпадает с тем, что врезалось в память.

Это он. Демон, который поставил на меня метку. Заиран ард Сагивей.

Почему не кто-нибудь другой? Не кто-нибудь из их рода, а именно глава? Один из двух правителей ледяных демонов.

Стоит прикрыть глаза, и перед мысленным взором снова всплывают события той ночи. Вот он входит в наш дом. Вот он соглашается на сделку. И прожигает мою ауру, рисуя на ней метку.

У него были темные волосы. А на иллюстрации – белые. Почти такого же цвета, как прядка у меня в волосах. Тогда он маскировался. Потому что белые и серебристые волосы есть только у ледяных. А люди о них попросту не знают.

Но лицо… это точно он.

Что теперь со всем этим делать? Рассказать Дайту? Разрушить его жизнь ради собственного спасения, которое, возможно, и не состоится?

Какой вообще толк от знания, что, если демона убить, метка исчезнет?!

Правитель ледяных демонов. К нему не подобраться. А если и подобраться, то, скорее всего, очень сильно об этом пожалеешь.

Ришел говорил, что у сопротивленцев есть особенная магия. Которую даже они с Ирэшем опознать не смогли.

Хватит ли этой магии, чтобы справиться с могущественным ледяным демоном? Они, конечно, смогли ранить Ришела, но вряд ли подобный трюк удастся второй раз. Быть может, им тогда вообще повезло. А с чего бы Сопротивлению мне помогать? Если только Дайт попросит? Опять же, Дайт. Дайт в любом случае не останется в стороне.

Имею ли я право? Ради собственной свободы, ничего не обещая взамен? А ведь тогда я и сама стану преступницей.