И соблюдайте тишину, все понятно?
С пониманием переглянувшись с Никлаусом, заверили дракона, что постараемся быть тихими, словно мышки, поспешили удалиться, слыша за спиной недоверчивый хмык хранителя. На одном из столов и вправду обнаружились оставленные мной ранее материалы.
Никлаус молча отодвинул стул и, дождавшись пока я на него усядусь, так же молча придвинул обратно, устраиваясь рядом. Он не спешил задавать мне вопросы, возможно, сам ожидал, когда я поясню. Но сейчас мне было не до разъяснений.
Прикоснувшись к дневнику, открыла на странице, где Самуил упоминал о магии жизни, снова и снова перечитала скупые строчки.
Меня все не отпускала некая вертящаяся в голове мысль, которую никак не могла поймать за хвост. Она словно с каждым разом вероломно ускользала от меня, когда я думала о своей исчезнувшей магии.
Пролистав дневник практически до самого конца, прочитала о женитьбе уже его сына, в возрасте девятнадцати лет. И как описывал дед, он был категорически против этого брака и того, что его сын женится так рано.
Самуил не хотел, чтобы его ребенок женился под давлением рода и обстоятельств. Этим предок мне понравился. На губах расползлась грустная улыбка. Все же хороший человек был мой дед, если не хотел принуждения в отношении своего ребенка. Всем бы таких отцов. Хотя, если подумать, как бы поступил мой отец, если бы он был бы жив.
Задумчиво прикусила губу, качнув головой.
Нет, отец не пошел бы против воли матушки. А та в последнее время просто горела желанием сплавить меня под венец.
Вернулась к дневнику. Что было интересно, сын Самуила сам выразил желание жениться так рано, якобы полюбив девушку из аристократического рода, что и вовсе встречается крайне редко. Повествование обрывалось на том моменте, когда в принципе, судя по написанному, удовлетворенный жизнью предок смог подержать на руках своего потомка.
Правнучку.
Закрыв дневник, потянулась к истории рода. Случайно задев бедром близко сидящего дракона, вздрогнула от приятных мурашек, пробежавшихся по телу от этого невинного прикосновения, подавила судорожных вздох, на доли секунды задерживая дыхание.
Далее дракон и вовсе поступил коварно. Он, наклонившись ко мне так близко, что я почувствовала жар, исходящий от его тела, шепотом спросил:
— Не нашли, что искали, лэрди?
Меня окутал его запах. Мед с горчичными нотками.
Боги, как вкусно.
Нельзя быть таким вкусным, красивым, приятным, как лэрд Никлаус, просто нельзя.
