— Главное, чтобы вы были в своих покоях, когда прибудут мастера.
— Благодарю.
Калира молча выскользнула за дверь, вновь оставляя меня одну. Я прикрыла руками лицо, потерла его и решительно отправилась в ванную, серьезно раздумывая, чтобы попросить у Никлауса при случае успокаивающий настой.
Меня кольнуло стыдом.
— Ты словно простолюдинка, Лея, — буркнула под нос, не совсем аккуратно скидывая на пол одежду. — Это им дозволено выказывать чувства и страх, а истинным лэрди запрещено. Тебе должно быть стыдно! Что бы сказала матушка на твое поведение?
Уж точно ничего хорошего.
Ведь истинной лэрди не пристало чего-то бояться. Истинные лэрди всегда держат эмоции под жестким контролем. При мыслях о матушке стало еще более тошно. Я откровенно по ней скучала.
Пребывая в куда худшем настроении, освежилась и, одевшись в легкое без рукавов платье, заплела обычный низкий пучок. Подхватила поднос с завтраком и направилась к подруге.
Стоило мне стукнуть в двери соседки, как она мгновенно распахнулась, точно Даяла ожидала за ней.
Ее вид и темные круги под глазами говорили о том, что и Яле ночь далась нелегко. Похоже, эта ночь во дворце для всех его обитателей была нелегкой.
— Ты не против совместного завтрака? — тихо спросила, указывая на поднос.
— Нет, конечно же, нет. Проходи, — она отошла в сторону, пропуская вперед. — Извини, что сразу не сообразила. Чувствую себя несколько пришибленно. Да и кусок в горло не лезет.
Понимающе кивнула, ставя поднос на столик.
Я тоже не была голодна.
— Позавтракать все же нужно, Яла. Кто знает, когда в следующий раз доведется поесть. Особенно если помнить предостережение лэрда Томклауса.
— Ну, об этом можешь не беспокоиться, — я непонимающе посмотрела на нее. — Джаль сегодня утром написал, что наследники отменили свое решение подливать в питье и еду разные вещества, — пояснила подруга, присаживаясь рядом.
— И слава великим, — выдохнула, сняла с подноса крышку, радуясь, что сегодня на завтрак подали лишь кашу с фруктами, а не мясо.
Вряд ли смогла бы его съесть. — Но позавтракать все равно нужно.
— Приятного аппетита, Лея, — прошептала Даяла, укладывая белоснежную салфетку на колени.
— Приятного, — отозвалась я, окуная ложечку в кашу.
Пока мы без особого аппетита молча завтракали, я старалась вообще ни о чем не думать. А особенно о вчерашнем. О чем думала Даяла, я не имела понятия, но судя по постному лицу, ни о чем воодушевляющем.
