Метро 2033

Прошли годы с того памятного дня, когда сторонами был подписан мирный договор. Статус кво соблюдался обеими сторонами: Ганза усмотрела в Красной Линии выгодного экономического партнера, а та оставила свои агрессивные намерения: товарищ Москвин, генсек Коммунистической Партии Московского Метрополитена имени В. И. Ленина, диалектически доказал возможность построения коммунизма на одной отдельно взятой линии и принял историческое решение о начале оного строительства. Старая вражда была забыта»

Этот его рассказ Артем запомнил крепко, как старался запоминать все, что отчим говорил ему.

— Хорошо, что у них резня кончилась… — произнес Петр Андреич.

— Полтора года ведь за Кольцо ступить было нельзя — везде оцепление, документы проверяют по сто раз. У меня там дела были в то время — и кроме как через Ганзу, никак было не пройти. И пошел через Ганзу. И прямо на Проспекте Мира меня и остановили. Чуть к стенке не поставили.

— Да ну? А ты ведь не рассказывал этого, Петр… Как это с тобой вышло? — заинтересовался Андрей.

Артем слегка поник, видя, что переходящеее знамя рассказчика беспардонно вырвано из его рук. Но история обещала быть интересной, и он не стал встревать.

— Как-как… Очень просто. За красного шпиона меня приняли. Выхожу я, значит, из туннеля на Проспекте Мира, на нашей линии. А наш Проспект Мира тоже под Ганзой. Аннексия, так сказать. Ну там еще не очень строго — там у них же ярмарка, торговая зона. Ну, вы знаете, — у Ганзы везде так: те станции, которые на самом Кольце находятся, — это вроде их дом, в переходах с кольцевых станций на радиальные у них граница, — таможни, паспортный контроль…

— Да знаем мы все это, чего ты нам лекции читаешь… Ты рассказывай лучше, что с тобой произошло там! — перебил его Андрей.

— Паспортный контроль! — повторил Петр Андреич, сурово сводя брови. Теперь он был должен досказать из принципа. — А на радиальных станциях у них ярмарки, базары… Туда чужакам можно. А через границу их — ну никак.

— Да что ты будешь делать! — возмутился Андрей.

— Что с тобой случилось-то, ты можешь мне сразу сказать, или нет? Чего ты тянешь?

— Ты не перебивай меня. Ты хочешь слушать — слушай. А не хочешь — сиди вот, чай пей. Развоевался тут!

— Ладно, ладно… Молчу я. Молчу. Нем, как лосось дальневосточный, консервированный, — примирительно сказал Андрей. — Продолжай."

"— Ну вот… Я на Проспекте Мира вылез, было у меня чая с собой полкило… Патроны мне нужны были, к автомату. Думал сменять. А там у них — военное положение.