Метро 2034

А если он сам попытается выбраться со станции, получается, что его тоже застрелят, что он сам себя приговорил? Нет, ему не выбраться. На станции не осталось здоровых… И Артему вдруг стало невыносимо одиноко. И страшно, что у человека, который слушает его там, на Добрынинской, теперь не останется времени, чтобы говорить с ним.

— Пожалуйста, только не кладите трубку! — попросил он.

Артем не знал, о чем говорить с незнакомым человеком, и начал рассказывать ему о том, как долго пытался дозвониться, о том, как страшно ему было и как он думал, что во всем метро больше не осталось ни одной живой станции.

А вдруг он тогда звонил в будущее, в котором никто не уцелел, пришло ему в голову, и он это тоже сказал. Сейчас не надо было бояться выглядеть глупо. Сейчас вообще не надо было больше бояться. Только бы поговорить с кем-нибудь.

— Попов! — прохрипел из-за спины командир. — Ты связался с северной заставой? Гермоворота… Перекрыты?

Артем обернулся, покачал головой.

— Недоносок. — Командир харкнул кровью. — Никчемный… Слушай меня.

Станция заминирована. Я нашел трубы… Сверху. Сток для грунтовых вод. Там заложил… Рванем, и всю Тульскую зальет к чертям. Контакты мины у меня здесь, в рубке. Надо закрыть северные ворота… И проверить, держатся ли южные. Запечатать станцию. Чтобы дальше вода не пошла. Закрой их, понял? Когда все будет готово, скажешь… Связь с заставой работает?

— Так точно, — кивнул Артем.

— Только сам не забудь остаться по эту сторону ворот. — Командир растянул губы в улыбке, зашелся кашлем.

 — А то не по-товарищески будет…

— Но как же вы… Вы тут?

— Ты не дрейфь, Попов, — прищурился командир. — Каждый из нас для своего рожден. Я рожден, чтобы этих сук утопить. Ты — чтобы люки задраить и сдохнуть, как честный человек. Понял?

— Так точно, — повторил Артем.

По прихоти телефонных богов самому Гомеру было довольно прилично слышно все, что ему говорил дежурный на Тульской. Но вот последние несколько фраз он разобрать так и не смог, а потом связь и вовсе оборвалась.

Старик поднял глаза.

Над ним нависала туша Андрея Андреевича; его синий китель под мышками пошел темными пятнами, толстые руки тряслись.

— Что там? — севшим голосом спросил он.

— Все вышло из-под контроля. — Гомер тяжело сглотнул. — Перебрасывайте всех свободных людей на Серпуховскую.

— Не получится. — Андрей Андреевич вытащил из брючного кармана «макаров». — На станции паника. Всех верных людей я расставил на входах в туннели на Кольце, чтобы хотя бы отсюда никто не делся.