– И что?!
– Ну ты их выключил, балда, и радио стало! Вся земля открылась! Это что значит?!
– Не знаю. Не знаю!
– Это глушилки!
– Что?!
– Глушилки! Создают помехи! По всем частотам шум дают на полную мощность!
– И как это?
– И глушат весь эфир! Все! Весь мир! Как в советское время!
– Весь мир?
– Нээ тупы ушэ… – слабо попросил с заднего сиденья Леха незакрывающимся ртом.
– Весь мир, брат! Весь! Ты хоть понял, что весь мир живой?! Мы только думаем, что его нету! Поэтому и думаем! А он – есть! Ты – это – понял?!
Глава 16
Последний сеанс
– И фто с эъим деуать? – спросил Леха, через силу ворочая прикушенным языком.
– Как что?!"
"Артем оглянулся на него: словно в первый раз увидел. Леха сидел лежа с задранным на лоб противогазом. Изо рта у него текло, в руке была открытая бутылка бодяги: Савелий сунул для дезинфекции.
– Дай мне тоже.
Приложился – не помогло. На зубах заскрипели Лехины раскрошенные зубы. Посмотрел на горлышко: все в красном. Приложился еще раз.
– Поехали! – Савелий плюхнулся на свою шкуру.
– Куда? – повернул к нему голову Артем.
– Алло! Куда?! Что – куда?!
– Обратно? В Москву?
– Какое обратно? Рехнулся? Вперед! В Екат! Домой!
– Сейчас?
– Сейчас, друг! Сейчас! Пока эти живодеры не вернулись!
Артем подумал. Высунулся из машины, сплюнул в пыль.
– А люди?
– Какие люди?!
– Ну в метро. Люди в метро. Они как? С ними – что?
– А что с ними?
– Ну им ведь надо… Сказать. Они узнать должны. Что мы не одни. Что глушилки. Что можно ехать куда угодно!
– Это я тебе говорю про куда угодно.
Не сечешь? У нас сейчас шанс. Все дороги открыты. Соляры полный бак и еще вон канистры. Все на мази! Стволов насобирали, патронов! Это сейчас или никогда ситуация!
– Но они ведь правда вернутся сюда. «Уралы». И все починят. И глушилки эти опять заработают. И все будет, как было. Тогда что? Никто не узнает, что есть целый мир? Что можно из метро вылезать?
– Кто услышал – тот услышал, ясно? Сами разберутся! Ну! Едешь?!
– А кто услышал? Никто ведь уже даже и не слушает…
– Ну и хер бы с ними!
– Как это?
– Да так! Свердловская область разговаривает! Я этого сколько ждал? Какое метро? При чем тут метро?! Вот он, мой день! Надо двигать! Я ж ждал этого, этого самого ждал, готовился!
Артем толкнул дверцу ногой, вылез из машины.
Задрал голову, посмотрел на замолчавшие вышки. Леха хлебал спирт, ничего не говорил.
Савелий крутанул ручку приемника. Оттуда заговорили квакая, грассируя.
– Париж, бляха! – сказал сталкер.
