– От имени руководства Красной Линии просим вас уважать законы нашего государства, в их числе закон о свободе собраний. Прошу вас разойтись.
– Грибов! – выкрикнул кто-то.
– Грибоооооов! – поддержала толпа.
– Пустииииииии! – перебил рев толпы женский визг. – Пусти, ирод! Выпусти нас!
Свинолуп кивнул. Как будто соглашался.
– Мы не имеем права! Допустить вас! На территорию! Другого! Государства! Я! Требую! Разойтись!
– С голоду пухнем! Доченька умерла! Спаси! Пусти! Еле на ногах! Живот болит! Сам-то! Отожрался! Пусти! Отпусти! Выпусти! – разноголосицей сказала толпа.
– На Ганзу! Жрать!
Не пустят этих людей на Ганзу, глупо и медленно от духоты думал Артем. Никогда этих людей не пустят на Ганзу. Никого, ни одного. Ганза все знает: про глушилки. Про патроны. Про Рейх. Про жизненное пространство. Про красных. Про голод. Их туда не пустят, этих людей.
– Это провокация! И те, кто призывают! Провокаторы! – обведя толпу медленным и основательным взглядом, пропечатал Свинолуп; словно каждого тут запоминал в лицо, чтобы потом поквитаться.
– С провокаторами! Разговор! Будет! Короткий!
– Мрем! Вымираем! Сил нет! Пощади! Господи, избавь! Выручи! Не дай! Не дай загинуть! Крошечку! Баланды! Не себе, ребенку! Мразь! Отпусти! – толпа перестала говорить по-человечески и опять застонала единой глиняной грудью. – ГРИБООООООООВ!
Задние пошли ближе к мостку, к лестнице, к Свинолупу – и стиснули передних. Передние выдохнули вместе воздух, чтобы поместиться, и от этого выдоха станция, хлебный храм, задрожала.
Люди хотели на лестницу, в алтарь; как будто в алтаре было приготовлено им хлеба или вина. А там – ничего. Там жертвенник только – и нож.
Сейчас все случится. Сейчас будет горячо и скользко.
Свинолупу их не отговорить. Да он и не старается.
Надо их. Надо не дать им. Увести их.
Зачем им сейчас всем умереть? Они же могут еще жить.
Надо.
Его колыхало вместе с остальными – то на шипы, то обратно. Мутило от качки. У Артема осталось бедного воздуха всего капля. И он на эту каплю сказал: сначала шепотом, а потом громко.
– Там для вас нет ничего… Вам не надо на Ганзу! Не идите на Ганзу! Там вы никому не нужны! Слышите?! Люди! Не ходите! Пожалуйста! Не надо!
Мало кто услышал Артема, но Свинолуп услышал – близко стоял.
– Во! Никто вас там не ждет! – лениво, для порядка поддержал он Артема. – Тут ваше место!
– А куда?! Куда тогда?! Куда нам?! – заволновались ближние люди, и волнение водными кругами стало расходиться в стороны от Артема.
