Меж светом и тьмой 3

— Где мы находимся? Ты перенёс нас в Осколок? — откровенно испугался мафиози.

— Нет. Скажем так… пространство слоисто, в нём постоянно происходят флуктуации. Если знать как, то инициировать появление пузырька, сравнительно небольшого иного мирка, довольно просто. Всё равно что толкнуть кость домино.

По сравнению с Отражённым Миром были явные минусы — тут пусто, что снижает гибкость тактики. Я не могу сдвигать этот пузырёк в мировом пространстве — он зафиксирован, поскольку является не совсем альтернативным пространством, а скорее параллельным измерением, охватывающим небольшую область.

Пусть горизонт видно, он далеко не столь велик. По моим прикидкам на основе ощущений — сотри три метров диаметром. Кроме того, не сомневаюсь, что мир сравнительно хрупкий — битву с Шейд он не вынесет и она сбежит. А значит нужно развивать именно эту технику.

Зато были и явные плюсы, особенно для меня сейчас — меньшие затраты энергии и возможность затаскивать сюда предметы.

— Что ты сделал с демоном? — спросил Соколов, смотря на замершую тушу.

Тварь ещё была жива, но сильно пострадала.

— Перед тем как запереться, я сказал, что мы сидим на ящике со взрывчаткой и счастье в неведении. Хочешь стать менее счастливым?

— Избавь меня от своей манеры говорить загадками, — рыкнул мафиози.

— Пап, ты чего? Он же помог нам! — возмутилась Вика.

— И на нас теперь идут еретики! А ещё церковь обратила на нас внимание! Осборн, он говорил, что ты им мешаешь.

Я согласно кивнул, тоже заметив это.

— Потому просьба разбудить его и опросить.

Если же хочешь ответ, слушай — наш мир скоро рухнет. Техника, использованная на демоне, разлагает его существование на составляющие. Его тело буквально распадается. То же происходит и с миром, катящимся в бездну. Полагаю, каждая Чёрная Вспышка ускоряет процесс.

Вика смотрела на меня испуганными глазами, Соколов хмурился. Я же подтянул пленного и наложил печать. Исследование снаряжения пока не показывало ничего полезного. Но… это был атлетично сложенный блондин — пойдёт.

— Ты говоришь о дне Чёрного Солнца, когда всё рухнуло, — продолжил Соколов. — И с того времени богиня поддерживает мир. Хочешь сказать, это неправда?

— Отчего же? Думаю, без неё всё бы рухнуло ещё полторы тысячи лет назад. Другое дело, что нет ничего абсолютного. О проблеме знают, но что делать… сказать трудно, — я пнул лежащего. — Подъём, еретик. Время бесценно, чтобы я тратил его на тебя!

Демонолог-геомант очнулся и застонал, испуганно уставившись на меня.