Между Ангелом и Бесом

 — Я видел новости, о Вашей смерти целый день крутят по телеку.

— Тогда понимаешь, что ты как никогда мне нужен! Меня пытались убить!

Жером ударяет гневно по рулю, оглядывается на Каина, который сидит позади в машине, и с раздражённым видом говорит:

— Не втягивай меня во все это, окей? Мне не нужны проблемы! — лицо парня становится гневным. — Ты понимаешь, что твоих родителей прикончили? У твоего отца были какие-то тёмные делишки, все счета арестованы. Идет большое расследование.

По всем новостям Вас всех похоронили. Если я сейчас ввяжусь в это все дерьмо — потеряю работу и будущее. Меня, итак, сегодня замучили журналисты с вопросами о тебе… Твоего брата, больного ублюдка, мне вообще не жалко.

От слов Жерома мне становится противно, даже вжимаюсь в дверцу машины. От него веет таким холодом, что у меня начинают мерзнуть руки.

В машине на несколько минут образовывается оглушительная тишина. Я впиваюсь руками в обивку сиденья, чтобы не ударить его.

Глупо после такой тирады наивно спрашивать, а как же я? Как же наша любовь? Ему не жалко моих близких…

— Значит, как просить помощи моего отца — в это можно ввязаться? А меня защитить — то это запачкаться в дерьме? — мой звонкий голос звенит в машине от отвращения. — Так и что же ты приехал сюда?

— Чтобы попросить меня не впутывать во все это! Это твои семейные дела, разбирайся с ними сама! Не звони мне больше!

Сглатываю обиду и унижение.

Стараюсь не смотреть на Каина, который ничего не говорит, но я слышу его мысли. Друг не меньше моего в шоке. Вот она любовь. Искреннее чувство, у которого не должно быть преград.

— Дай денег. — говорю я, протягивая ладонь. — Не переживай, обязательно верну с процентами! Не разорю твой кошелёк.

Жером вздыхает и ищет по карманам деньги, достаёт сто евро и протягивает мне. Брать от него деньги сейчас совсем унизительно, но они нам нужны. Этот скупердяй дал только сто евро, как будто у него нет больше!

— Пошли, Каин! Пусть этот ублюдок поторопится домой, а то замарается о нас.

 — открываю дверь и уже выбравшись, встречаюсь с ним взглядом. Он смотрит на меня без тени любви. Как я могла быть такой слепой? Не удерживаюсь и смачно плюю ему в лицо. Жером дергается, даже поднимает руку, но передумывает и опускает её. На его лице блестит моя слюна, и я испытываю от этого хищное удовольствие.