Между Ангелом и Бесом

Трудно бороться с тяжелой болезнью без обезболивающих и лекарств. Ни интернета, ни телевидения, ни водопровода… Все радости деревенской жизни. Не радуйся раньше времени. Тебе не удастся сбежать оттуда. Мы сделаем тебе несводимые татуировки. Одну на лице, вторую на груди, чтобы ты не смог никак их свести или попытаться снова выдать себя за Макса. Плюс, мне очень понравилась твоя идея с чипами. Пораспрашивал знакомых: мы можем вживить тебе такой же в голову и к клапану сердца, установить магнит в доме. Если ты удалишься от него дальше, чем на два километра, то умрешь от инсульта или инфаркта.

Лука подходит вплотную, уничтожая меня холодными глазами.

— Мои люди проследят за тем, чтобы ты не сдох молодым.

***Алёна

Не приходя в сознание, чувствую его присутствие, тепло его руки.

Вырываюсь из дымки сна. Живот неприятно жжёт и дышать трудно. Кислород не поступает в легкие.

— Шшш… Подожди. У тебя трубка во рту. — Макс осторожно вытаскивает трубку изо рта, и я жадно ловлю ртом воздух, обжигающий легкие.

Выглядит он неважно. В глазах полопались сосуды, и теперь голубые глаза были покрыты красной дымкой. На лице была засохшая кровь, чёрные корки пестрили на синих губах и бледных скулах.

— Ты… — провожу рукой по его груди, вспоминая про чип. — Твой брат…

— Все хорошо. — Бес целует мою руку, прислоняя к своим губам. — Чип выведет из строя. А брат… Лука увёз его в Сибирь, не знаю точно куда. Я попросил не рассказывать мне.

— Сколько я была без сознания?

— Несколько дней, любимая.

— Ты все это время был тут? — тяжело смотреть на него в таком виде. Касаюсь рукой его лица, глажу жёсткую бороду. Невыносимое удовольствие — трогать его.

— Не отходил ни на минутку и ни сомкнул глаз за все это время. — тёплый голос мамы раздаётся с другой стороны, чувствую улыбку на лице, она сонно встаёт с дивана, укутанная в плед. — Я оставлю Вас ненадолго, заодно позову Алана.

— Тебе нужно отдохнуть, проверить сердце. — поспешно шепчу я, испытывая неконтролируемый страх, что если ему станет плохо после тех экспериментов над ним? — Макс, пожалуйста.

— Малышка… — он усмехается, и я замечаю маленькую слезинку в уголке его правого глаза. — Со мной все прекрасно, но когда ты поправишься, я обязательно отшлепаю тебя розгами за твоё своенравие. Ты могла погибнуть! Просто чудо, что нож только задел кишечник и не повредил почки. Тебя подлатали и все будет даже лучше, чем прежде.

— Придётся теперь носить только слитные купальники.