Рая, сама того не осознавая, просто желая удержать баланс, подтянулась чуть выше и обвила его торс ногами.
Лучше бы не делала…
Давида переклинило. Сорвало предохранитель. Издав утробный рык, выражающий весь его нестерпимый голод, он поспешно сдвинул свои плавки вниз. Не давая ни себе, ни ей возможности опомниться, отвел и её трусики в сторону. Потянул девушку на себя и вошёл.
Рая вскрикнула, попыталась вырваться, прервать поцелуй. Но куда там!.. Держал он её крепко. И тотчас толкнулся вперёд, благо стоял на дне бассейна.
Шахова распирало от похоти. Ему нужна была Рая! Её тело, их единение.
Она приняла его, задрожала. Он повторил толчок, зафиксировав руку на затылке Раи. Девушке пришлось вцепиться в его плечи. Она застонала, подстраиваясь по него.
А потом упёрлась ладонями ему в грудь, ощутимо отталкивая. Давид недобро оскалился, но позволил ей отстраниться.
И это стоило того...
Прикрыв глаза и трепеща длинными ресницами, на которых поблёскивали капельки воды, Рая, едва заметно улыбаясь, откинулась и легла на спину на воду…
Это было восхитительно!.
.
Их тела не разомкнулись.
Она отдавала себя…
Красиво и безумно женственно. Игра бликов воды на её миниатюрном теле... Призывно торчащие соски…
В следующий раз он будет брать её голой!
Давид сбавил обороты. В висках пульсировало. Рая была слишком узкой. Ещё пара толчков – и он кончит, как пацан, дорвавшийся до секса. Он и был тем пацаном. Да-а, дорвался.
Рая выгнулась, открыла глаза и потянулась к нему.
Но внезапно замерла. Застыла каменным изваянием.
– Там… мужчина.
Всё ещё с его членом в лоне, Рая заметалась.
Шахов выругался.
Какого чёрта?..
… и с досадой прикрыл глаза.
Он забыл, что назначил встречу.
Тут. В сауне.
Раю позвал, чтобы скрасила вечер.
А получилось…
Погрузился в неё настолько, что голову потерял.
Херово это, Шахов, не находишь?
А потом он услышал её дрожащий голос.
– Давид… Дава… Пожалуйста, скажи, что…
В её глазах появилась самая что ни на есть настоящая паника. И ужас.
– Эй, ты чего?..
– Скажи, что я не буду с вами двумя!.
.
Рая побледнела.
А его накрыло чернотой.
глава 16
Гость Давида был не один. С ним была девушка."
"И Рая её знала едва ли не как себя.
На неё, широко распахнув глаза, смотрела Вера.
– Аху…
– Вспомни, что ты не ругаешься матом, – прошептала Рая, хватая полотенце и вытирая бёдра.
– С каких это пор я не ругаюсь матом? – прошипела подруга.
– Вот с этой минуты и не ругаешься.
– Что ты тут делаешь, Мишанова?
– А ты, Галкина?
– Пипец...
