Между нами ничего не было

Эмиль стоит в коридорной арке, оперся одним плечом о стену и наблюдает за мной…

- Ничего, - звучит его голос тихо.

Веду плечами и отворачиваюсь. Неосознанно сразу кладу руку на живот, который уже довольно большой. А чему удивляться? Мне рожать через две недели с хвостиком. Все…время пришло. Совсем скоро мы увидим нашего ребенка…

Шаги. Тихие, плавные, немного ленивые. От каждого у меня мурашки по коже, внутри разбиваются салютики. Я честно не знаю, сколько гормонов в такой вот реакции, и думать об этом больше не хочу.

Я вообще ни о чем думать больше не хочу.

Эмиль останавливается ровно за мной, а потом обнимает. Его ладони ложатся на живот сверху моих, дыхание щекочет шею. Тихо смеюсь…

Он улыбается. Я чувствую это каждым своим атомом, который тянется к нему. А он тянется, и я больше не сдерживаюсь…

Моя беременность проходит потрясающе. Безумно просто, безумно счастливо, а главное — безумно спокойно. В какой-то момент я отпустила ситуацию и решила: будь что будет. Важнее всего — здоровый ребенок.

Даже если потом я буду подыхать, у меня будет тиха, размеренная беременность и ребенок, у которого не будет никаких проблем со здоровьем.

Кстати, о нем. Как только Эмиль оказывается рядом, я чувствую довольно ощутимый пинок изнутри. Улыбаюсь только шире, откидываюсь ему на грудь и шепчу.

- Он передает привет.

- Или она, - поправляет меня хрипло.

Целует нежно в плечо, скользя нижней губой по коже; еще один поцелуй. Мурашки усиливаются…

Мы решили не узнавать пол ребенка, но Эмиль безумно хочет девочку.

Это уже не просто догадки, а тихое признание среди ночи, когда он точно так же обнимал меня…

Если так призадуматься, мы вообще стали обычной семьей. Без непонятных вводных, ссылок, сносок. Стоило мне перестать загоняться, наши отношения…засияли. И опять же, возможно это лишь иллюзия, но, черт возьми, она такая прекрасная…

Иногда мне страшно, что будет, когда эта иллюзия исчезнет…

Встряхиваю головой, отгоняя подальше тяжелые мысли, как я делаю из раза в раз.

Месяц назад мы ездили ко мне домой. Снова. Только теперь по-нормальному. Нет, мы и до этого, конечно, ездили. Эмилю очень важно было понравиться, поэтому он каждый раз привозил всем подарки. Просто тот крайний раз был по-настоящему особенным. Именно тогда я поговорила с мамой по душам.

Я рассказала ей свои страхи. Не вдаваясь в подробности, разумеется…

Большего я не получила, конечно. Расспрашивать тоже не решилась, стало страшно.