Между нами ничего не было

Он тоже довольно быстро превращается в смех, и нет во мне уже ни грамма злости…

Моя душа поет «ша-ла-ла», и ей я гуляю по весенним лужам в своем особенном, желтом дождевике. Прыгаю, капли разлетаются в стороны. А я смеюсь…

Может быть, это тот самый момент? Если карты вскрыты, то сейчас самое время признаться в том, чего я сам раньше не замечал. Или старательно игнорировал, ведь так хотел нормальню семью, а в нормальных семьях мужья не истекают слюной на лучшую подругу жены...

Кира внезапно расширяет глаза и хватается за живот.

- Что такое?! Тебе больно?! Кира?!

- У меня…кажется, у меня отошли воды…

Бам! И вечер действительно заканчивается философски. Невозможно ведь было подобрать лучшего исхода, как закрыть одну главу и начать новую…

В клинике Кира закатила жуткую истерику, объявив мою скромную персону — персоной нон грата. Поэтому на партнерские роды, которые я, на секундочку, оплатил! Вход был заказан. Вместо меня пошла ее мама. Злюсь ли я? Да меня на части от гнева раздирает! Но после шести с половиной часов схваток с Кирой спорить было тупо страшно.

Ну, по крайней мере, в непосредственной близости с моим маленьким трансформером — точно.

- …Какого черта! - психую, бью по автомату с газировкой, а он просто стоит и насмехается.

Сожрал последние пятьсот рублей, в ответ — кукиш. Если лажать, то по всем фронтам сразу. Хрен тебе, мой золотой, а не водички испить прохладной.

- Эй, не психуй, - тихо шепчет рядом Айша, я шумно выдыхаю.

Главное держать в голове, что она здесь ни при чем. Она не виновата. С меня на одну жизнь хватит сбрасывать злость на близких мне людей. Правда. Достаточно.

Поэтому я просто взрываюсь своими претензиями.

- Я не понимаю, почему я не мог пойти с ней?! Мы это обсуждали!

Да, мы это действительно обсуждали. От идеи рожать за границей пришлось отказаться. Точнее, как было? Кира согласилась, она приняла все мои доводы, мы даже подались на визу, но ближе к дате ее получения, у Киры случилась жесткая истерика прямо на приеме врача.

Из-за нее я не злился, конечно же. Кира просто испугалась и очень хотела, чтобы рядом была ее мама. Я понимаю. В чужой стране переживать такое впервые — сложно. Она хотела быть ближе к семье, но…твою мать! Я должен был быть с ней рядом тоже! А я тут…ничего не знаю, ничего не вижу и ничего не слышу.