Между оборотнем и драконом [СИ]

— Но мы все равно должны пропустить ее, — уныло добавил рыжик. — Она выше по положению.

Его пробирала дрожь при одной мысли, что сейчас придется лицом к лицу столкнуться с той, кому его, считай, продали.

— Не переживай, — поддаваясь порыву, Лиза и его подхватила под локоть. — Уступить дорогу можно по-разному. Например, как равный равному. Идем. Инмар, ты с правого фланга, Ыргын, ты прикрываешь тыл.

В ответ донесся сдавленный фырк. Казалось, тролль изо всех сил сдерживает рвущийся гогот.

Держа обоих мужчин под руки и придав лицу невозмутимое выражение, Лизавета шагнула вперед.

Причем с такой уверенностью, что ее спутники невольно приосанились, а вот герольды, наоборот, смешались. Они подозрительно разглядывали неспешно приближающуюся троицу, над головами которой маячила зеленая физиономия тролля. Тролль наслаждался во всю: корчил зверские рожи, скалил зубы и угрожающе хмурил кустистые брови. Правда, пока хозяйка не видит.

Даже носильщики замедлили шаг, с одной стороны боясь гнева своей госпожи, а с другой — не зная, как реагировать на дерзость незнакомцев.

Наконец, когда до герольдов оставалась пара шагов, Лизавета с величественной улыбкой шагнула к обочине. И кивнула с таким видом, словно делала одолжение. Мол, чего уж там, так и быть, проходите.

Но едва паланкин поравнялся с ней, как в нем дрогнула шторка. В образовавшуюся щель показалась женская рука со сложенным веером и хлопнула ближайшего носильщика по плечу.

Видимо, это был знак. Потому что вся процессия тут же замерла.

Эйф, стоящий слева от Лизы, вдруг задрожал всем телом и попытался сжаться до размеров молекулы. Но попаданка была начеку и сумела дать ему незаметный тычок локтем в бок. А потом еще прошипела, старательно растягивая губы в вежливой улыбке:

— Стой, где стоишь! И веди себя как мужчина!

Дракон тут же замер, вытянувшись по стойке смирно.

Между тем, шторка открылась окончательно. В окошке паланкина мелькнуло бледное женское личико с кукольными чертами: гладкая алебастровая кожа, тонкий нос, пухлые губы, большие голубые глаза в обрамлении золотистых ресниц.

Лиза дала бы их обладательнице лет двадцать, не больше.

— Неужели это и правда герцогиня Леброн? — пробормотала она, недоверчиво разглядывая «старую клячу».

— Ага, — сглотнул Эйф, — она самая.

Герцогиня оказалась хрупкой блондинкой, чей облик никак не вязался с теми ужасами, которые про нее рассказывал Ыргын. Только Лиза на собственном опыте знала, что первое впечатление может быть обманчиво.