Между оборотнем и драконом [СИ]

 — Хочешь что-то сказать — говори! Нечего меня как куклу заламывать!

Инмар вздрогнул, словно очнулся, и хлопнул ресницами:

— Госпожа Лизавета? Вы? Что с вами… А! — тут он быстро завернул Лизавету в ее плащ, подхватил на руки и встал, держа ее так, словно она ничего не весила. — Что вы тут делаете?

— Сегодня же ваша Лунная ночь! — напомнила она обиженным тоном. — Забыл? Меня сюда привела Радолика, а ты почему не пошел с остальными?

Она махнула в ту сторону, куда убежали волчицы и волки.

— Я не собирался идти, — нахмурил брови Инмар, — после игрищ зашел к Альфе, сказать, что запрусь дома в погребе, он мне кваса налил и… не помню!

До Лизаветы дошло моментально.

Разозленная Лиза начала вырываться и не сразу сообразила что Инмар голый. Вот ведь Альфа! И тут подготовился!

— Инмар, возьми простыню, завернись, — попросила она соскальзывая на землю с его горячих рук.

Тот опустил непонимающий взгляд на свой живот, покраснел и не стал возражать — схватил тряпку с ближайшего куста, замотался и растерянно пробормотал:

— Госпожа Лизавета, простите меня! Я не знал… Не хотел…

— Да все в порядке, — Лиза попыталась улыбнуться, но в лесу уже темнело и в воздухе пахло заморозками. — С такими друзьями и врагов не надо. Идем в дом Инмар, я замерзла!

В доказательство этого она схватила его за руку холодными пальцами.

Волк, не возражая, двинулся рядом. Они молча дошли до дома по пустынной улице, озаряемой лишь светом луны. Молча вошли внутрь, удивляясь тишине и пустоте. Никто не вышел им навстречу, но в доме было натоплено и вкусно пахло какими-то травами. А еще вдоль стен тянулись яркие ленты, увешанные колокольчиками и сосновыми лапами.

— Что это? — вяло удивилась Лиза, — еще какой-то обычай?

— Так помечают брачное ложе, — покраснел Инмар и вдруг упал на колени: — Лизавета, я устал ждать! Прошу тебя, раздели со мной эту Лунную ночь! Подари мне шанс стать твоим супругом!

Обняв ее за ноги, он уткнулся лбом ей в живот и застыл.

— Инмар… — Лиза растерянно положила руку ему на голову.

Пальцы сами собой погрузились в жесткие, похожие на шерсть, волосы.

— Не говори ничего! — пробурчал он, не поднимая лица. — Просто будь со мною! Я не смогу уйти, даже если прогонишь. Это сильнее меня.