Вот! – Он высыпал украшения и деньги. – Это вам хватит! И вот это вольная, твоя! – Иван подал Гликерьи лист бумаги
- Собилаемся!- Решил Константен
- Ночью! –Остановил его Иван – Мне пора!
- Я остаюсь!- Тихо сказала Гликерия
- Почему? Pourquoi tu restes? Je ne te comprends pas! Tu ne rends la vie de son fils! (Почему, ты остаешься? Я тебя не понимаю! Ты не оживишь сына! )
-Bien-aim'e, mon soleil va-t’en , prends le fils et run! Je ne peux pas, je ne peux pas! (Любимый, мое солнце уходи , бери сына и беги! Не могу я, не могу!) Как она могла сказать мужу , что подменила ребенка, а забрать своего это надо проходить через охрану в лице отца который надышаться на «своего» сына не может, это будет ее крест и нести его долго.
Наступила ночь, а Ивана все не было, Константин решил сходить за ним, уже подходя к дому, он увидел Ивана, тот тоже его заметил.
- Бери лошадей и бегите верхом , сейчас тут такое! – Он сунул в руку Константена повод с Творожком и другой лошадью, а сам вскочил на другую лошадь и был таков.
Константен отпустил одну лошадь и сев на «Творожка» и вдруг почувствовал ту свободу, легкость и главное счастье, он поднял лошадь на дыбы и «Творожок» заржал, почуяв настоящего седока, и в тот же миг заголосили собаки во дворе и Константен, дал шенкелей лошади и вскоре был у дома.
- Поехали! – Он попытался поднять жену на лошадь, но она вырвалась и отскочила от него.
- Нет, нет!- Зарыдала она тихо.
Константен, с тоской посмотрел на нее, поднял сонного сына на холку коня.
– Adieu! (прощай)
- Прощай! – Прошептала Гликерия, заливаясь слезами.
- Прощай сынок.
- Mais la maman avec nous?( А мама с нами?)- Спросил сонным голосом Семен
- Скоро , скоро!- Прошептал Константен
Лошадь взвилась на дыбы и скрылась с глаз. Гликерия осталась одна, она, шатаясь, пошла к дому и тут вскрикнула – беременна.
Ивана поймали и, дав сорок плетей, забрили в солдаты, Гликерия родила сына, до конца жизни она сохранила тайну, кто на самом деле Алексей Григорьевич, она видела, как вырос сын и женился, как женился внук Сергей, даже успела увидеть своего правнука Дмитрия Сергеевича Хворостова.
Алексей Григорьевич был опечален смертью своей няньки. Иван не вернулся, он, где то сгинул на полях войны. Константен вернулся домой, больше в Россию он не возвращался, он заставил себя забыть, что было, маленький Северин был для него все. Гликерия решила дать сыну Степану фамилию – Мухин, мальчик никогда не спрашивал мать об отце, «предательство» отца он не простил.
