Межсезонье

Ледяное щупальце потянулось к сердцу, но дело уже было сделано, и, взвыв от боли, я сунул обмороженные пальцы в рот.

Окутавшая автомобиль потусторонняя сила вновь попыталась просочиться внутрь, да только выставленная мной защита не подвела — заклинание, вложенное в начавшие на глазах затягиваться инеем руны, оказалось сильнее и свело на нет жуткую энергетику проклятого места.

— Нехорошее место, говоришь? — тяжело вздохнул заметно побледневший Датчанин. — Мог бы предупредить, что настолько нехорошее…

— Кто ж знал! — Я откинулся на сиденье.

Магическое действо далось слишком тяжело: в голове зашумело, перед глазами замелькали белесые искорки. Еще и тошнота к горлу поднялась. Все, пора с водкой завязывать. Завязывать… да. Нам бы только выбраться отсюда! А шансы на это, прямо скажем, невелики. Но если выберемся — ни капли больше. Ни в жизнь!..

— Там задница, да? — Алик ткнул за окно перепачканным в крови пальцем.

— Полная, — тяжело вздохнул я и вздрогнул, когда порыв ветра качнул машину.

 — Не знаю, что это за нечисть, но пешком отсюда не выбраться. Машину я еще закрыл, но если выйдем — сразу кирдык.

— Придется всю ночь тут куковать? — хмыкнул немного успокоившийся Гамлет и убрал автомат из-под ног. — Задрыгнем…

— Не то слово. — Я обновил занывшим от холода пальцем одну из почти полностью затянувшихся изморозью черточек колдовского рисунка. Где-то на другом плане бытия уже растекшийся в бесцветное пятно охранный символ вновь обрел четкость. Рука онемела почти по локоть, будто вместе с перетекшей в руну колдовской энергией начала уходить жизненная сила.

 — Меня ж на всю ночь не хватит.

— В смысле?

— Глаза разуй, — указал я на заиндевевшее лобовое стекло. — Когда полностью инеем затянется, нам хана! Нет — вам матерные слова вымораживать бесполезно. А я скоро уже спекусь. Час, максимум два.

— Какие варианты? — совершенно спокойно уточнил Датчанин.

— Вывести пешком никого не смогу, — задумался я. — И сам не уйду. Помощи от парней тоже ждать бесполезно — колдунов среди них нет.

Да и когда они засуетятся, поздно будет.

— А что это за страхолюдина? — Алик оставил в покое немного оклемавшегося Ашота. — Может, ее прижучить получится? Пальнуть, там…

— Нечисть это. — Яя несколько раз глубоко вздохнул. — Какая — не скажу. И боюсь, нам даже серебряные пули не помогут…

— А огонь? — Потянувшись, Гамлет поднял из-под ног парней пластиковую бутыль со слитым бензином.

— Не в таких количествах, — покачал я головой.