Даже если бы прошло три тысячи лет, вадер проснулся бы глубоким старцем. А минуло десять!
Техник, который неплохо наловчился на вадерском оборудовании и был одним из тех, кто обладал доступом на четвертый модуль, в конце концов, справился с задачей. Поразительно, но ему удалось вернуть к жизни генератор, и вскоре по темным помещениям разлился свет. Только тогда Корн решился спуститься в лабораторию. Разумеется, ничто не могло удержать от того же Рендала, а значит, и меня. Кстати сказать, я теперь была главным специалистом по расшифровке вадерских текстов.
Серж из-за связи с Мардой Лари был уволен. И что-то мне подсказывало, что простой отсылкой на все четыре стороны дело не обошлось. Уж слишком много знал этот человек. В лучшем случае, ему стерли память, в худшем… В общем, думать об этом не хотелось.
Остальным Корн спуститься сюда не разрешил, велев ждать снаружи. И даже приказал отключить камеры, не желая, чтобы о возможных ценных находках узнал кто-то, помимо тех, кто обладает нужным допуском. Представляю, как разочарованы сейчас Дафи и Арлас, вынужденные в неизвестности топтаться на поверхности.
Техник, колдовавший над системами базы, с моей помощью пытался разобраться в системе управления. Правда, я мало чем могла помочь – разве что переводом возникающих на экране надписей.
Раздавшийся вдруг с одной из панелей пронзительный писк заставил вздрогнуть. Мы с Норманом (так звали техника) бросились туда, пытаясь понять, что произошло с прибором. Заполнивший пространство механический голос, говорящий на вадерском, произнес несколько раз одну и ту же фразу.
А я, побелев, тупо стояла и смотрела на мигающую зеленым кнопку, не в силах поверить в то, что только что услышала. Может, что-то не так поняла? Или мои познания в вадерском не настолько сильны, как думала?
– Что он говорит? – в нетерпении обратился ко мне Майкл Корн, озвучивая, по всей видимости, общий вопрос.
– «Внимание! Произошла активация анабиотической капсулы!» – еле слышно проговорила я и мотнула головой. – Скорее всего, сработал какой-то сигнал, запрограммированный на постороннее присутствие, – попыталась я найти объяснение.
– Может, кто-то из вадеров все-таки оставался на станции и тоже ввел себя в анабиотический сон. Ждал, пока за ним вернутся, и установил автоматическое срабатывание капсулы на появление посторонних. Когда мы оживили базу, приборы восприняли это именно таким образом.
– Вряд ли мы найдем там что-то интересное, – покачал головой Рендал. – Как и в прошлый раз.
