– Поколебавшись, все же рискнула спросить: – Ты ведь можешь заглянуть ей в голову, как и остальным, правда?
– Вот потому и совершенно ничего не понимаю, – улыбнулся он. – Она была рядом со мной, когда я очнулся. Первой, кого увидел. Сначала даже подумал, что это сон или видение. Дафрия смотрела на меня не как на чужака. А как на кого-то, кто близок. От нее исходило тепло и притяжение. Но не успел я сказать хоть слово или хотя бы удержать этот приятный момент, как она просто сбежала. Потом же, в столовой, делала вид, что я ей совершенно неинтересен, хотя ее эмоции я продолжал ощущать.
Все то же притяжение и интерес ко мне. Вот это и приводит в недоумение. Эта противоречивость. Она испытывает ко мне одновременно неприязнь и симпатию. Иногда я улавливаю какие-то мысли в ее голове, но до конца не понимаю, что имеется в виду. Что-то, связанное с предсказанием и моими глазами. Может, объяснишь?
– Э, нет, – я решительно замотала головой. – Если захочет, сама расскажет.
Алаур хитро прищурился, и я возмущенно покачала головой.
– Ты обещал, что не будешь копаться в моей голове! И мой тебе совет: в голове Дафи тоже лучше не копайся. Она от этого только еще больше взбесится. Все равно пока Дафи сама не решится на что-то, ее с места не сдвинешь. Будет сопротивляться изо всех сил.
– Разумеется, навязывать свое общество я ей не стану, – спокойно произнес Алаур.
Ну вот, доигралась Дафи! Он, похоже, тоже теперь станет ее избегать. Я только вздохнула. Хуже всего, что не знала, на чьей я, в сущности, стороне.
Оба были мне симпатичны. Когда, оставив Алаура по его просьбе, в помещении, служившем здесь чем-то вроде библиотеки с кристаллами, я поделилась своими мыслями с Арлас, подруга посоветовала мне вообще не вмешиваться.
– Нужно время, чтобы они поняли, что им вообще нужно от жизни, – сказала она, когда мы устроились в ее каюте со стаканчиками кофе. – Дафи вадер явно нравится, но она боится опять полюбить кого-то. И этот страх за нее никто не преодолеет.
Если же поймет, что ей лучше будет и вовсе без любви, что поделаешь. Что касается Алаура, то во-первых, мы с тобой понятия не имеем, как вообще мыслит такое существо. Интересуют ли его чувства, тем более сейчас, когда у него куча других проблем. Кто знает, может, он и правда не рассматривает низших, с его точки зрения, существ, в подобном качестве.
– Мне Алаур показался в плане чувств и эмоций таким же, как мы, – возразила я.
