Если бы с Тани было все в порядке, она справилась бы намного лучше, – ученый вздохнул. – Но у нас нет выбора.
Рендал стиснул челюсти, с трудом сдерживая ругательство.
– Пока мы дадим ей успокоительное, – решил Томас. – И придется привязать к койке, чтобы случайно себя не поранила.
– Я сам, – рыкнул Рендал, отстраняя его и подходя к постели, где корчилась Тани, глядя словно сквозь него полными ужаса глазами. Он мог только догадываться о том, что она сейчас видит.
Его руки слегка дрожали, когда закреплял специальные наручники к койке, частично обездвиживая Тани.
Дафи вколола девушке лекарство и присела рядом, осторожно отводя с ее лба спутанные, взмокшие от пота волосы.
– С ней ведь все будет хорошо? – глухо спросила она, посмотрев на Рендала.
– Мы не позволим ей уйти от нас, – упрямо сказал он, решительно встречая ее взгляд. Мигарка кивнула и слабо улыбнулась. Потом мотнула головой, и беспомощность на ее лице сменилась холодной решимостью.
– Я хочу просмотреть всю имеющуюся у вас информацию по этому вирусу, – сказала она Сержу и двинулась за ним в лабораторию.
Те часы, пока они пытались отыскать нужный кристалл, показались Рендалу адом. Хуже всего, что Томас настаивал на том, чтобы никто из вновь прибывших не снимал защитный костюм, дабы избежать риска заражения. И Рендал не мог даже коснуться любимой девушки без перчаток. Сделать это, возможно, в последний раз. Пусть и считалось, что «Красная смерть» безвредна для других рас, но неизвестно, как мог измениться вирус за столько времени.
Рисковать Томас не собирался. Без костюма свободно разгуливал только Серж. Было понятно, то если бы заразился, то это бы проявилось уже давно. Он ведь снял костюм одновременно с Тани, когда они вернулись на мини-станцию.
Чувство абсолютной беспомощности давило на Рендала тяжкой ношей. Если бы Тани грозила любая другая опасность, он бы костьми лег, но сумел защитить. А тут оказался бессилен. Крохотный микроорганизм, который можно рассмотреть только под сильным микроскопом, оказался сильнее и могущественнее самого страшного хищника.
Томас пытался как-то утешить, поддержать, но Рендал почти не слышал его. Смотрел на Тани, мечущуюся на койке и пытающуюся освободиться из пут.
Иногда с ее губ срывались бессвязные слова, в которых иногда можно было различить понятную речь. Она упоминала огаса, Майкла Корна, даже Марду. Неизвестно, что их образы делали с ней в кошмарных видениях, но наверняка это было нечто жуткое, судя по тому, как содрогалось тело.
