Мятежная леди

Как и раньше, Фиона пожала плечами, чтобы показать ему, как мало ее занимает услышанное. Но она опасалась, что ее жест не очень убедил Керкхилла.

— Не стоит торчать здесь, на галерее, как две колонны, — сказал он, касаясь ее плеча. — Кажется, когда мы уходили с кухни, приготовления к обеду шли полным ходом?

— Да, и мужчины скоро соберутся за столом, — сказала Фиона. — Вы, наверное, захотите привести себя в порядок? Я позову мальчика, и он проведет вас:

— Я сам о себе позабочусь, миледи. Но вам придется отобедать со мной.

— Для человека, который тут пока не хозяин, вы слишком легко раздаете указания, — возразила она. — С чего бы мне их исполнять?

— Надеюсь, вас заставит собственное любопытство, — ответил он. — Мне кажется, я составил свое мнение о вас, как и вы обо мне. Я не беру назад обещания ответить на любой ваш вопрос, не стану и вас понуждать говорить о том, о чем вы говорить не хотите.

Она внимательно посмотрела на Керкхилла, стараясь понять, насколько он искренен. Разумеется, ей этого было не понять.

Наконец, терзаясь сомнением — не совершает ли она серьезную ошибку, — Фиона уступила любопытству, которым, как надеялся Керкхилл, она наделена в избытке.

— Что ж, хорошо. Я отобедаю с вами, — сказала она.

Керкхилл верил предчувствиям, сулившим впереди неприятности, а в данном случае — немалые неприятности, поскольку дело касалось Фионы. Если старый Джардин прав и Уилл действительно мертв, она не так-то легко признает его право управлять Эпплгартом, когда старик умрет.

Судя по тому, что он наблюдал сейчас, леди Фиона выкажет свой норов, особенно в том, что касается ребенка.

Многие годы Керкхилл провел в битвах, несмотря на то, что вот уж восемь лет между Англией и Шотландией официально царило перемирие. Опыт воина внушил ему два главных правила подготовки к сражению: во-первых, следовало разузнать как можно больше о противнике и его окружении, во-вторых, продумать, как выпутаться самому и вывести из-под удара людей, если возникнет такая необходимость.

Он усмехнулся. Подумать только, леди Фиона — его противник!

Она ушла приводить себя в порядок перед обедом, так что у него появилась возможность убедиться, что Джошуа, его слуга, должным образом устроил в конюшне лошадей, да заодно сообщить ему, что им предстоит заночевать в Спедлинс-Тауэре.

Джошуа чистил Цербера, любимого, хоть и немолодого, боевого коня Керкхилла. Как правило, для подобных поездок были другие лошади.