Мятежная леди

— Мы можем поговорить на террасе. Я буду ждать вас там. Если хотите, возьмите с собой Флори.

Керкхилл встал из-за стола, бросив напоследок взгляд, который ясно сказал ей: не стоит и пытаться отложить этот разговор. Затем он направился на террасу.

Фиона смотрела ему вслед, чувствуя, как растет в ней раздражение. Она-то надеялась, что приезд толпы гостей поможет ей хотя бы ненадолго отложить тягостный разговор, но Керкхилл обратил ситуацию в свою пользу, не оставив ей даже маленькой лазейки. Ее так и подмывало взять и отправиться по своим делам.

Однако брошенный Керкхиллом напоследок взгляд предупреждал ее, что лучше не своевольничать.

У Дикона был свой, особый способ повелевать. Как бы там ни было, Фионе не хотелось вызывать его недовольство.

— Мне пойти с вами, миледи? — осторожно спросила Флори.

— Не надо, — ответила Фиона неожиданно резко.

— Но я отлично знаю — ваша матушка сказала бы, что не следует оставаться с ним наедине.

— Может, и так. — Фиона напомнила самой себе, что она давала обещание не грубить.

 — Однако хозяйка здесь я, Флори, а не моя уважаемая матушка. Керкхилл несет ответственность за нас всех, поэтому не случится ничего страшного, если я время от времени буду видеться с ним наедине. Как раньше с отцом или… со старым Джардином.

— Да, но лэрд вам не отец и не свекор.

— Нет, разумеется, хотя иногда ведет себя так, будто он мне отец.

Больше она ничего не собиралась говорить, и Флори, послав ей задумчивый взгляд, сказала:

— Пойду велю, чтобы принесли воды и приготовили ванну.

Ручаюсь, вам и волосы захочется вымыть, не так ли?

Фиона чуть не сказала, что на это у нее не останется времени, однако сдержалась. Флори и Дикон, в общем, были правы: Мейри и ее отряд отправятся в путь не так скоро, как им бы хотелось.

Поэтому она сказала только:

— Я не задержусь, Флори. Одна ногатам, другая здесь.

— А лэрд не рассердится? — поинтересовалась Флори.

Фиона взглянула на нее укоризненно. Напрасно — Флори так и смотрела на нее во все глаза.

— Он не сердится, Флори.

Его просто разбирает любопытство насчет одного дела, и, по правде говоря, я его не виню. Однако мне ужасно не хочется с ним говорить.

— Что ж, тогда вам полегчает, как закончите разговор, — попыталась утешить ее Флори.

Фиона не ответила. Впрочем, и есть ей тоже расхотелось.

Она поднялась из-за стола. У нее было такое чувство, что ей снова предстоит тяжелый допрос отца. Пора идти на террасу.

Керкхилл почувствовал ее приближение еще раньше, чем услышал легкие шаги.