Мятежная леди

Коня Фиона тоже узнала бы в любой толпе.

Дикон на Цербере прокладывал путь прямо к ней — среди звона мечей, пик и прочего оружия, — размахивая смертоносным боевым топором — такого огромного лезвия она никогда в жизни не видела. А Цербер кусался и бил копытами английских лошадей, заставляя их отступать, освобождая путь.

Воспрянув духом, Фиона пришпорила коня и хлестнула кнутом. Она встретилась взглядом с Диконом в тот момент, когда чья-то железная рука схватила сзади ее левую руку.

Керкхилл обезумел от ярости, когда увидел, как англичанин схватил Фиону.

Ловкий удар топора — и пал очередной противник. Цербер тоже делал свое дело, кусался, бил могучими копытами, и английские лошади шарахались в стороны. Вот еще один враг повержен. Цербер взвился на дыбы, и Керкхилл направил его вперед, к Фионе, прокладывая дорогу в месиве людей и лошадей. Вон она! Бьет кнутом негодяя, который осмелился протянуть к ней свою грязную лапу.

Вокруг метались охваченные паникой враги, со всех сторон доносился до него боевой клич Дугласов.

Прямо перед Цербером как из-под земли вырос устрашающего вида детина. Керкхилл бросил коня вправо и выбил англичанина из седла таким страшным ударом топора, что заныла его собственная натруженная ладонь.

Керкхилл снова поискал Фиону глазами.

Негодяй пытался стащить ее с лошади и так сжимал руку, что она, казалось, превращается в один сплошной синяк. Он чуть не стащил ее с седла, но она продолжала изо всех сил отбиваться, одной рукой стискивая поводья и гриву лошади, другой хлеща англичанина кнутом.

В то же самое время она отчаянно пыталась уследить за Диконом, который прокладывал к ней путь сквозь толпу сражающихся. Казалось, вот он, уже рядом, можно дотронуться до его лошади, но в следующий момент кто-нибудь оттеснял его в сторону. Керкхилл стоял насмерть по крайней мере против двух нападавших.

Фиона уставилась на врага, который решительно намеревался стащить ее на землю, и заметила широкую прореху в рукаве его куртки, повыше локтя. Наклонившись, Фиона изо всех сил вцепилась зубами в голую кожу.

Дернувшись, англичанин начал сыпать проклятиями так, что она смогла отчетливо расслышать каждое слово, несмотря на жуткий гвалт вокруг. В этот момент между ними ударило лезвие топора. Фиона услышала крик. Неужели это кричал человек? Фонтаном хлынула кровь, и она поспешно отвела взгляд.

— Не подведите меня теперь, Фиона!

Голос Дикона успокоил ее нервы, но ее по-прежнему отчаянно тошнило. Англичанин — враг, но он был человек.