Мятежная леди

Но Фиона всерьез собиралась встать на ноги как можно быстрее, невзирая на мнение матушки Битон. И уж точно могла обойтись без советов человека, который наивно полагал, что сможет ею помыкать как вздумается.

Такой же мятежный огонек Керкхилл уже видел в глазах собственной сестры, так что мог не заблуждаться насчет Фионы. Но ему хватило ума воздержаться сейчас от комментариев. Еще ему хотелось спросить у нее о ключе, найденном на столе во внутренних покоях, но инстинкт подсказал, что не следует этого делать, пока в комнате есть посторонние.

Объявив себя хозяйкой дома, Фиона, несомненно, захочет взять ключ себе. А Керкхилл считал, что ему следует держать его у себя. Поэтому, пожелав Фионе доброй ночи, он поблагодарил матушку Битон за столь своевременную помощь и, пообещав ей и леди Фелине, что их устроят на ночлег, зажег свечу и вышел.

Время уже перевалило за полночь, и за дверью спальни леди Фионы горело лишь несколько свечей. Но свечка Керкхилла давала огня достаточно, чтобы видеть ступеньки.

По крайней мере так ему казалось до тех пор, пока, спускаясь вниз, он чуть не полетел кувырком, споткнувшись о маленького мальчика. Он сидел, обхватив руками колени, в глубокой тени на следующей лестничной площадке.

Керкхилл узнал его — это был мальчик, который так внимательно разглядывал его в самый первый визит.

— Что ты тут делаешь поздно ночью? — потребовал ответа Керкхилл.

— Подумал, не понадобится ли что вам или ребеночку, — осторожно начал мальчик. — Я не хотел ничего плохого, сэр.

А еще мама…

— Кажется, ты Дэви, сын Джейн?

— Я Дэви, сын Джеба. Джейн — это моя мама.

— А кто из мужчин Джеб, твой отец?

— Мне жаль. Давно он умер?

В слабом свете свечи в глазах мальчика предательски заблестели внезапные слезы.

— Нет, совсем недавно, — прошептал он.

— Когда? — тихо спросил Керкхилл.

— Прям незадолго до того, как вам сюда приехать в первый раз.

— Ясно. А я потерял отца полтора года назад. Знаю, ты тоскуешь по отцу, точно так же как я тоскую по своему.

— Все равно тоскуете, даже, несмотря на то что прошло столько времени?

Ласково коснувшись плеча мальчика, Керкхилл сказал:

— Знаешь, парень, мне говорили — никогда не перестанешь тосковать по тем, кого ты любил и кого больше нет.

Но, если хочешь, я скажу тебе одну вещь, которую понял сам.

— Видишь ли, когда мне хочется спросить его о чем-нибудь или просто услышать его голос, мне почти всегда помогает память. Воспоминания делают его ближе — по крайней мере для меня.