Миф. Греческие мифы в пересказе

Исчезновение Персефоны было столь же необъяснимым, сколь внезапным и полным. Минуту назад она счастливо бродила по лугу — и вот уж исчезла из виду, как и не было ее.

Отчаяние Деметры едва ль можно описать. Все мы утрачивали что-нибудь ценное — животное, растительное или минеральное — и проходили мучительные стадии горя, страха и гнева, какие могут возникать из-за внезапной потери. Когда же утрата столь личная, непредвиденная, полная и непостижимая, эти чувства усиливаются до жутчайшей степени. И хотя с течением времени становилось все труднее верить, что Персефона отыщется, Деметра поклялась, что найдет дочь, даже если потребуется вся вечность материнской жизни.

Минули месяцы. Все это время Деметра пренебрегала своими обязанностями. Зерно, урожаи, спелость фруктов и созревание посевов — все оказалось заброшено, и в почвах ничто не прорастало. Семена не пускали побеги, бутоны не раскрывались, ростки не пробивались, и мир начал превращаться в пустыню.

— Персефона? О, я знаю, что с ней случилось.

— Ты видел? Чего тогда не сказал? — возмутился Зевс. — Деметра, как умалишенная, бродит по миру, ищет ее, сама не своя от беспокойства, а мир тем временем превращается в пустыню. Какого ада ты помалкивал?

— Меня же никто не спрашивал! Меня вообще никто ни о чем не спрашивает. А знаю я много чего. Око солнца видит все, — сказал Гелиос, повторяя фразу Аполлона, которую тот частенько произносил, пока водил солнечную колесницу.

— Что же с ней случилось?

— Земля расселась, и кто, как вы думаете, выехал на колеснице и схватил ее?.

Зевс тут же отправился в преисподнюю — забирать Персефону. Но слушаться приказов Царя мира земного Царь подземного мира настроен не был.

— Никуда она не пойдет. Она моя царица.

— Ты смеешь перечить мне?

— О, так-таки нельзя? — переспросил Зевс. — Мир голодает. Плач изможденных смертных не дает нам спать. Откажешься вернуть Персефону — попробуешь на своей шкуре силу и мощь моей воли. Гермес перестанет водить к тебе духи мертвых.

Братья гневно вперились друг в друга. Аид сморгнул первым.

— Будь ты проклят, — прорычал он. — Дай мне еще один день с ней — и шли Гермеса, пусть забирает.

Зевс вернулся на Олимп очень довольный.

Наутро Аид постучал в дверь спальни Персефоны.