Андрей никогда не слышал такого воя.
– Ладно, Оль, – сказал он, торопясь отделаться от воспоминаний. – Бог с ними, с моими телесными повреждениями. Давайте сядем, поговорим, что у нас есть и чего у нас нет.
В кабинете было холодно и мрачно. Дождь заливал окно, выходившее во двор. Батареи вместо того, чтобы греть, казалось, забирают остатки тепла. Дима Мамаев присел было на стул около батареи, но тут же отодвинулся, стараясь не коснуться ее ледяного чугунного панциря.
У Андрея ныла рука – верный признак перемены погоды.
Интересно, потеплеет или похолодает?
– Семеныч заключение когда обещал? – спросил Андрей у Полевого.
– Завтра будет, – ответил Игорь. – Может, чего и прояснится…
– Может, и прояснится, – согласился Андрей, втыкая в розетку хвост доисторического алюминиевого чайника. – У меня еще кофе остался. Кто-нибудь желает?
Все немедленно пожелали.
– На халяву-то все горазды, – посильно веселя себя, проговорил Андрей. – Нет бы купить баночку…
– Купим с зарплаты, Андрей Дмитриевич! – с готовностью откликнулся глупый Димка.
– С зарплаты! – фыркнул Андрей. – С зарплаты я сам куплю целых… две! Никакого нет интереса, Дима, покупать кофе с зарплаты. В зарплату у всех кофе – море, можно ложкой из банки есть. И сахаром закусывать.
– Сахара нет! – вскрикнула Ольга. Она проворно поднялась и стала по очереди выдвигать все ящики желтого канцелярского стола. Сахара не было.
– Придется к Желнину сходить, – пробасил Игорь. – Он тебе не откажет. А, Ольгунь?
– Пусть лучше Димка идет, – сказала Ольга.
– Что все я да я? Он меня скоро в кабинет не пустит.
– Ты же у нас самая обаятельная и привлекательная, – сообщил Андрей, – а не Димка. Или теперь Димка будет самым обаятельным?
– Ну вас к черту, – сказала Ольга и вышла в коридор.
Чайник на окне засопел, всхлипнул, из его облупившегося носа как-то неожиданно повалил густой пар, и окно по кругу запотело, как в бане.
– Восемь кусков, – сообщила Ольга, попкой открывая дверь. – По два на рыло. Просьба не толкаться и соблюдать живую очередь.
– Значит, так, – начал Андрей. Кружка с кофе приятно обжигала ему руки, и кофейный дух щекотал нос. – Сергей Мерцалов, тридцать пять лет, кардиохирург, доктор наук, профессор. Директор Института кардиологии. По слухам, кстати, еще не проверенным, великий врач. Был вчера сразу после двенадцати задушен капроновым шнуром в сквере, где обычно гулял с собакой. Вечер провел с семьей, которой объявил, что решил на две недели уехать в отпуск.
