Мифы Великой Победы

Министр внутренних дел и военный министр Хорватии собираются осуществлять государственный переворот, чтобы покончить с усташами и, самое главное, выйти из войны. Ведь одно дело, когда фюрер побеждает и его перспективы на установление нового мирового порядка весьма и весьма высоки, и другое дело, когда Гитлер терпит одно поражение за другим. Уже всем ясно, что маятник качнулся в другую сторону. Оказаться в ряду побежденных хорватские министры не хотели, тем более что о независимой Хорватии тогда снова придется забыть.

Они понимали: пока не поздно, нужно каким-нибудь образом, «хоть тушкой, хоть чучелом», но интегрироваться в ряды победителей.

Не вышло. Заговор был раскрыт, всех заговорщиков расстреляли. Тем временем войска Тито перешли в наступление, освободили от немцев сначала Сербию, потом Боснию, а потом и Хорватию. Снова возникло единое Югославское государство. Лидерам националистов опять пришлось бежать. Кто-то эмигрировал в Западную Европу, а кто-то и подальше – в Соединенные Штаты Америки.

Там в основном скрывались те, кто сильно запятнал себя военными преступлениями.

В Белграде не забыли, как ради торжества марионеточного хорватского государства были уничтожены сотни тысяч сербов. Разумеется, югославское правительство постоянно посылало союзникам списки военных преступников и требовало их выдачи. Но политическая ситуация в мире изменилась – и выданы были единицы. Например, последний усташский министр внутренних дел Артукович был освобожден британцами и благополучно уехал в Соединенные Штаты Америки.

Знакомая картина, не правда ли? То же самое было с прибалтами, с украинскими националистами и со многими другими подонками, истреблявшими людей в годы Второй мировой войны. Что интересно, из США бывший министр внутренних дел переехал в Аргентину, прожил там 20 лет, но все равно был казнен четниками, не забывшими его кровавых деяний. Бывший министр иностранных дел усташской Хорватии был выдан Югославии американцами только в 1987 г. На процессе против него давали показания пятьдесят свидетелей, бывших очевидцами жестоких массовых убийств и погромов.

Этот суд стал, по сути, приговором не отдельно взятому политику, а всему движению националистов, всей политической системе, сделавшей возможным массовое истребление людей. Я бы вообще назвал его «Балканским Нюрнбергом». Естественно, министра приговаривают к расстрелу, но он уже очень-очень пожилой человек – 87 лет. Начались отсрочки по состоянию здоровья, а в январе 1988 г.