Мигуми. По ту сторону Вселенной

— Я долго сидела в одной позе, кровь застоялась в сосудах. Надо расходиться и все пройдет, — словно отчиталась я перед ним. А потом опомнилась и как-то улыбнулась. — Тебе уже лучше?

Мужчина смерил меня нечитаемым взглядом, но все же решил ответить.

— То, что ты вколола мне, помогло. Как часто у тебя затекают ноги? — возможно, мне показалось, но он был недоволен. И вообще, дались ему мои ноги, что за странное любопытство!

— Ну, как только усну в неудобной позе, так и затекают. У вас такого нет? — задала я встречный вопрос.

Кто их инопланетян знает, что у них там за физиология.

— Я никогда не засыпаю в неудобной позе, — отчеканил он с рычащими нотками в голосе.

— Счастливчик, — поддела я его, — ну, загостилась я. Тебе лучше, значит, и мне у себя обживаться пора. Мое дело маленькое. Выжить в вашем зверинце.

С этими словами я все же поднялась на плохо слушавшихся меня ногах и двинулась на выход.

— Ты останешься здесь, — рыкнул он. Это был уже прямой приказ. Такого тона я даже от генералов не слышала.

Мне на такой приказной тон, даже ответить было нечем.

Все, что я могла сейчас произнести, было крайне неприличным, слова на ум приходили все ругательные. Нет, ну и нахал, я ему, значит, помогаю, руку помощи, так сказать, протягиваю, а он тут командует.

— Не знаю, как у вас, а у моего народа принято благодарить за помощь. И я тебе не собачка цирковая, что бы ты мне тут приказы раздавал. Соскучишься, в гости придешь.

Не смотря на него, я выскочила в проход и прошла в комнатку, которую заняла вчера.

В отсеке сиротливо прислонившись к стене, стоял мой стул. Со вздохом я опустилась на лавку. А потом и вовсе улеглась на нее, поджав ноги. Хотелось есть. Опустив руку в карман, я поняла, что там пусто. То ли за ночь пакетики выпали, то ли этот хам инопланетный их вытащил. Но все одно, я осталась голодной.

В трюме слышалась какая-то возня, но смотреть, кто и кого там калечит или убивает, не хотелось. Мне было нехорошо. Накатила странная апатия. Я перебирала мысли и пыталась найти причину, чтобы бороться и выжить.

Но ничего стоящего не приходило на ум. Допустим, каким-то чудом я протяну тут до их игры, а дальше что? Погибну на потеху публике. Мысль о том, чтобы победить, теперь и мне казалась абсурдной и до неприличия смешной.

— Лучше бы во время гиперпрыжка погибла, быстро и легко. Чего пырхалась? — спросила шепотом я у себя."

"По щеке скользили слезинки. Закрыв глаза, я беззвучно плакала. Чего ждать и на что надеяться? Кто-то за стеной истошно закричал.