Слишком уж мужские. Золотистая ауди Боярской куда круче! Зато видеть горделиво-вальяжную осанку Дениса: чуть вздёрнутый подбородок, небрежно сунутые в карманы руки, довольный прищур и хищную полуулыбку – бесценно!
– Нравятся?
– Да… – выдохнула я.
– Какой больше?
– Не знаю… Эта, наверное. – Повернулась к мицубиси. – Она такая… Классная.
Он рассмеялся.
– Ну я так и думал, если честно. Ну-ка, запрыгивай назад.
Я с одной стороны, Денис – с другой. Внутри, за тонированными стёклами, было сумеречно, несмотря даже на яркое солнце снаружи.
– Кру-у-уто… – восхищённо выдохнула я и, перегнувшись через спинку переднего сиденья, заскользила пальцами по панели, по всему, до чего могла дотянуться.
Бежевая кожа салона, серебристая отделка, и запах такой… Новый.
Но Денис не дал долго рассматривать – дёрнул меня на себя и впился поцелуем, бесцеремонно проникая языком так глубоко, что я застонала ему в губы от восторга.
Мы были жадными, сумасшедшими. Безумно стосковавшимися друг по другу. Я хотела его неистово! Казалось, не получу прямо сейчас – сдохну… Летели нахрен куда-то на передние сиденья куртки-пуховики.
Неудобно повис на плечах расстёгнутый лифчик.
– Сними… – шепнула я, задирая руки.
И повторять дважды не пришлось, Денис тут же стащил с меня и кофточку и лифчик. Было довольно холодно, кожа тут же покрылась крупными мурашками, соски съёжились и затвердели, но Денис так крепко сминал меня жёсткими ладонями и так жадно выцеловывал каждый миллиметр тела, что я горела.
Места на задних сиденьях много, потолок высокий. А запах нового салона… Это запах секса, точно! Терпкий, немного мускусный. Такой интимный и мужской.
