И это ладно я, ко мне загар всегда хорошо прилипал, а если и случалось слегка покраснеть – то максимум до следующего утра, а вот Зойка… Она была реально алая, да ещё и с белыми глазницами от специальных очков. Поэтому, по дороге в гостиницу мы даже заехали в аптеку, купили какой-то пенный спрей от ожогов. Удачно заехали, кстати, ведь я совсем забыла, что мои противозачаточные таблетки кончились, а уже послезавтра нужно было начинать новый курс.
В холле гостиницы Зойку поджидал какой-то мужчина.
Она махнула нам, мол, идите дальше сами, и задержалась с ним.
Больше всего я боялась, что где-нибудь в коридоре встречу Лёшку – даже пульс шкалил от волнения, хотя это и было глупо, учитывая предстоящую дорогу домой в одной машине. Но не встретила. И, кажется, слегка расстроилась…
Ты серьёзно, Кобыркова? Тебе мало было сегодняшней ночи?!
За стеной, в их номере, орал телек и это, учитывая, что Дмитрий поехал на автомойку, означало, что Лёха смотрит… Ну да, судя по звукам – футбол.
Прикольно. Смотрели мы с ним как-то футбол у него дома, тётя Света как раз была на даче с ночёвкой. Валялись на диване – нацеловавшись аж до заедов на губах, в промокших от возбуждения трусах, но стойкие и непорочные, как долбанные оловянные солдатики… Так, стоп… Не о том. А, ну вот. Смотрели футбол, и Лёшка всё уверял меня, что у него железная выдержка, и он никогда не стал бы орать, как мужик из соседней квартиры. И вообще футбол он не любит.
Но при этом, с самым серьёзным выражением лица непроизвольно дрыгал ногой на каждый опасный момент, а пальцы, что чухали мне спинку, то и дело замирали, и приходилось елозить, чтобы напомнить о себе… А когда я заскучала и начала вредничать, перетягивая его внимание на себя и откровенно мешая смотреть – вообще психанул и пересел в кресло. Я сделала вид, что обиделась и… Так, стоп! Может, хватит о нём, а?
Глянула на часы – скоро должна подойти Кристинка, а пока можно подремать, задрав ноги на стенку шифоньера… Но подремать не дала Зойка.
Позвонила и велела мне подняться к ней.
Сначала я обильно нанесла ей на спину спрей от ожогов, потом она уломала меня выпить с ней коньячка. Три стопочки. За меня, за титул, за Олимп. Ну ладно, выпила. Тем более что и правда, хотелось накатить и забыться.
– Ты молодец, Милусь! Смотрю на тебя и словно себя в молодости вижу…
Замечательно. Ещё одна, блин. Сострадалица.
