Милая пленница

Видишь ли… Он нажил себе немало врагов за те годы, что служил в Индии, потому что отказывался закрывать глаза на определенные… — Она чуть улыбнулась, ее голос зазвучал тише. Тыкая вилкой в кусок пережаренной баранины, лежавший на ее тарелке, Александра продолжала: — Ну, определенные нарушения, беспорядки, допускавшиеся его предшественниками. Так что, я думаю, они были рады избавиться от моего отца.

Пенни внимательно всмотрелся в бледное лицо девушки и сочувственно покачал головой:

— Да, значит, ему не повезло. Ну и что он потом сделал?

— Он пытался, конечно, опротестовать решение, но его рапорты возвращались назад нераспечатанными.

Мальчик непонимающе уставился на Александру.

— То есть, вы хотите сказать, он спас свою честь, а вас оставил расхлебывать всю эту кашу? — Мальчишка фыркнул. — Ну если бы меня спросили, я бы сказал, что глупее ничего не придумаешь.

— Может быть, ты и прав, — медленно произнесла Александра.

Громкий стук прервал их разговор, и мгновением позже дверь открылась, пропустив краснолицего, улыбающегося владельца «Десяти колокольчиков». Мистер Самуэльсон обращался с новыми гостями наилучшим образом, несмотря на невзрачный наряд Александры. Самуэльсон умел распознать породу и ошибался чрезвычайно редко. И даже если у него возникли сомнения относительно спутника леди, он оставил их при себе.

— Простите, что побеспокоил вас, мисс, но ваш багаж прибыл. Следует ли мне отправить все в вашу комнату?

— Да, пожалуйста, все, кроме маленькой плетеной корзинки. Ее пусть принесут прямо сюда.

Владелец гостиницы просиял улыбкой, и Александра ответила ему тем же. Несколькими мгновениями позже мистер Самуэльсон вернулся, держа в руках корзинку с крышкой.

Неожиданно корзинка дернулась у него в руках, и, изумленный, хозяин чуть не выронил ее.

— Все в порядке. Это всего лишь моя кошка, — поспешила успокоить его Александра.

Снова расплывшись в улыбке, Самуэльсон водрузил корзинку на стол.

— Если вам что-нибудь понадобится, мисс, дайте мне знать. И, сочувственно посмотрев на трость, прислоненную к стулу девушки, Самуэльсон попятился и вышел, аккуратно закрыв за собой дверь.

Когда он исчез, Александра, бросив на Пенни заговорщический взгляд, подняла крышку корзины. Изнутри тут же послышалось тонкое то ли щебетание, то ли чириканье.