Милая, ты только не ругайся!

— Пожалуйста, — разулыбался мужчина и мой взгляд против воли замер на его губах, которые он зачем-то облизнул. — Кстати, я заметил, после завтрака ты всегда добреешь, и поэтому…

Мой взгляд резко поднялся выше и сосредоточился на его глазах.

— Скажи, что ты хочешь на помолвку? — Всё ещё с улыбкой, но вместе с тем с долей напряжения поинтересовался демон. — Я знаю, у людей принято дарить кольца, но ты их не носишь. Не хочу, чтобы мой подароқ пылился в шкатулке. Хочу, чтобы ты его носила и не стеснялась. Чтобы не мешал и приносил не только пользу, но и приятные воспоминания.

Моё удивление было таким глубоким и искренним, что даже отразилось на лице и Эхор его увидел. Почему-то смутился. Или я неправильно расшифровала легкий румянец на его щеках?

Но вообще это… так ему не свойственно! Чтобы Верс и чем-то у меня интересовался?

— Серафима? — напомнил Эхор о своём вопросе, когда я уставилась вроде бы и на него, но в то же время сквозь.

Сфокусировала взгляд на его лице и несколько секунд смотрела ему в глаза, чуть ли не впервые в жизни разрываясь между крайне противоречивыми желаниями.

Но так ли оно на самом деле?

Я была примерной дочерью (не всегда получалось, но я хотя бы старалась), я была идеальным солдатом (а теперь инвалид), я была ответственным работником (и вчера чуть не сдохла), я пыталась быть не самой плохой теткoй (ну, тут вообще могу только расписаться в сокрушительном провале)… Так почему бы и не перестать делать то, что у меня категорически не получается?

Не перестать стараться жить ради кого-то кроме себя?

— Серафима? — Верс уже отчетливо нервничал, а когда на моих губах мелькнула улыбка, громко сглотнул.

— Я хочу украшение, — произнесла четко, чтобы потом не говорил, что не слышал. — В пупок.

Эхор растерянно сморгнул и зачем-то посмотрел в район моего живoта, хотя это место скрывал стол.

— Ты прав, я не особо люблю украшения.

— Но-о… — всё ещё отчасти растерянно протянул Эхор и метнулся взглядом мне в глаза, словно пытался понять, а не шучу ли я. Но нет, я была абсолютно серьезна и он это понял. Однако всё равно озадаченно уточнил: — У тебя проколот пупок?

— Нет, — улыбнулась едва заметно. — Не было повода. Хотя лет в тринадцать очень хотела. Мама запретила. А потом как-то не сложилoсь.