Милая, ты только не ругайся!

— А если это не эго, Серафима?

— Верс, ты демон, — усмехнулась. — Демон до мозга костей, сам это признал. Демоны умеют желать, но не умеют любить. Демоны не умеют жертвовать, но умеют вкладывать. Верс, я отлично знаю, что

именно представляют из себя демоны. Я росла с этим всю жизнь. Нo росла среди людей. Четко зная, что мне позволено, а что никогда недопустимо. И как бы ты ни уверял меня в обратном, у нас с тобой нет совместного будущего. А становиться твоей постельной игрушкой, уж извини, не входит в мои планы.

— А если я докажу тебе, чтo ты ошибаешься?

— Во всем, — смело заявил Эхор.

— Верс, ты бредишь, — посмoтрела на него с жалостью. — Я вообще не понимаю, как ты умудряешься жить в своей альтернативной вселенной, где всё совершенно не так, как в реальности. Почему ты меня не слышишь?

— Потому что знаю правду.

Я приподняла брови, предлагая поделиться знанием, и он, склонившись еще ниже, твердо отчеканил мне прямо в губы:

Слегка отстранившись, чтобы лучше видеть его лицо, качнула головой.

— Любишь, — ухмыльнулся Эхор. — Я помню. Знаешь, иногда слова не нужны, поступки говорят сами за себя.

— Это было девять лет назад, — процедила, начиная злиться. — И я не любила, а была влюблена. В напарника. В челoвека. В открытого, честного и нормального человека. Но всё оказалось ложью. Всё!

— Неправда! — глухо рыкнул демон, тоже начиная заводиться. — Я скрывал от тебя только свою расу, но не чувства. Никогда и ни во что не втягивал. Никогда и ничего не выпытывал! Не вербовал, в конце концов!

— Я тебя благодарить за это должна? — мой голос сочился сладким ядом.

Скривившись, Эхор не выдержал первым и, дернувшись, отошел к панорамному окну, где встал ко мне спиной.

— Серафима, я не хочу с тобой ругаться. Я не могу изменить прошлое и перестать быть демоном. Но в наших с тобой силах изменить будущее. Сделать его таким, каким будет удобно нам. Я меняю. Активно и успешно меняю. Почему ты не хочешь? Ты ведь не отрицаешь того, что в душе ты совсем не человек.

— Верс… — Уж чего я точно не хотела, так это ворошить угли прошлого и реанимировать трупы чужих надежд, но, кажется, без подробных разъяснений не обойтись. — Хорошо, давай обсудим наше будущее. Каким ты его видишь? Вот мы вместе. Отлично.