Мак был обескуражен тем, насколько легко его переиграли. Ростом он не уступал англичанину, однако не мог вырвать свой кулак из-под его руки. Да если бы даже и смог, то, как он чувствовал, из этого не вышло бы ничего хорошего.
Он благоразумно кивнул, дав понять, что принимает извинения, после чего почувствовал, что его рука обрела свободу. Однако Джорджину продолжал крепко держать блондин, в котором Мак инстинктивно признал более опасного негодяя.
— Отпусти ее, приятель, если не хочешь неприятностей.
— Спокойно, Макдонелл, — увещевающим тоном проговорил брюнет.
— Он не причинит девчонке вреда. Может, ты проводишь нас к выходу?
— Нет необходимости…
— Ты оглядись, дорогой друг, — перебил его блондин. — Похоже, необходимость есть, после того как мой брат допустил такой промах.
Мак повернул голову и чертыхнулся. Глаза всех присутствующих в зале были устремлены на девушку, которую железной хваткой держал крепкий джентльмен, продвигаясь с ней к дверям. Но вот чудо: она не кричала и не жаловалась на грубое обращение.
Во всяком случае, Мак не заметил ничего подобного, поскольку ее попытки выразить возмущение замерли после того, как крепкая рука сжала ей ребра. Мак также благоразумно замолчал и последовал за ними, понимая, что, если бы не этот грозный приятель, уносящий Джорджину, ему с девушкой далеко от таверны уйти не удалось бы.
Джорджина также сознавала, что может попасть в серьезную переделку, если не выберется отсюда как можно быстрее. И виновата во всем она сама.
Все это вынудило ее смирить свой гнев.
Внезапно путь им преградила миловидная девица, которая работала в таверне. Она бесцеремонно дотронулась до незанятой руки мужчины, несущего Джорджину.
— Вы вернетесь сюда? Вы не насовсем? Джорджина сдвинула назад шапку, чтобы рассмотреть, насколько красива эта девица, и услышала голос Каменной Стены:
— Я приду попозже, детка.
Лицо девицы просветлело. Она даже не сочла нужным взглянуть на Джорджину, которая вдруг с изумлением поняла, что та жаждет оказаться в обществе этого пещерного человека.
До чего же удиви тельные бывают у людей вкусы!
— Я заканчиваю в два, — уточнила она.
— Стало быть, в два.
— Две девицы для одного — это, я думаю, многовато.
Эти слова произнес дюжий моряк, который поднялся из-за стола и преградил путь к двери."
"Джорджина похолодела. Моряк был явно из тех, кто любит задираться и хорошо владеет кулаками. И он превосходил Каменную Стену по росту и габаритам.
