Дрю заявляет, что ему хотелось бы продлить поиски, он в них находит удовольствие…
— Он так сказал? — От удивления Томас несколько повысил голос.
— Нет. — Джорджина улыбнулась. — Это я однажды подслушала.
Томас бросил на сестру сердитый взгляд.
— Что ты хочешь этим сказать, Джорджина? Что ты решила больше не заниматься поисками?
— Нет. Просто я встретила человека, у которого совсем другие взгляды на брак. Он прямо заявил, что для него ад предпочтительнее.
— Боже мой! — ахнул Томас. Кое-что ему становилось теперь понятнее.
— Но это глупость! Кто этот человек?
— Он англичанин.
Джорджина съежилась, ожидая бурного всплеска эмоций. Но недаром Томас отличался спокойствием и выдержкой. Он лишь спросил:
— Как его зовут?
Но Джорджина и без того уже сказала больше, чем собиралась.
— Его имя не имеет никакого значения. Ты никогда его не встретишь, впрочем, как и я.
— А он знает о твоих чувствах к нему?
— Н-нет… возможно… Ой, я не знаю.
— А как он к тебе относился?
— Я ему нравилась.
— Но не настолько, чтобы жениться на тебе?
— Я уже сказала тебе, Томас… Он считает, что брак — это глупость и совершают ее люди неумные.
. Это его собственные слова, и сказаны они были наверняка для того, чтобы я не питала надежд.
— Мне очень жаль, сестричка, мне искренне жаль. Но знаешь, это не причина для того, чтобы так настраиваться против брака. Будут и другие мужчины… Возможно, не здесь, но Клинтон собирается взять тебя в Нью-Хэвен, когда поедет навещать наших племянниц. А если и там тебе никто не придется по душе, Уоррен хочет взять тебя в Нью-Йорк.
Джорджина улыбнулась. У ее братьев, причем у всех, были самые лучшие намерения. И она с удовольствием повидает племянниц. Ей хотелось взять их под свою опеку, когда умерла жена Клинтона, но тогда Джорджине было всего двенадцать лет и она сама нуждалась в присмотре со стороны слуг или братьев. Поэтому было решено, что девочки будут жить у дедушки и бабушки в Нью-Хэвене, поскольку самому Клинтону дома случалось бывать редко. К счастью, до Ныо-Хэвена было не так далеко.
Но наносить кому-то визиты нужно побыстрее, пока еще не заметна ее беременность. Может быть, вскоре братья уйдут в море. Ей очень хотелось на это надеяться.
А сейчас она должна соглашаться на все, чтобы побыстрее закончить тяжелый разговор, пока Томас не вытянул из нее какие-нибудь дополнительные сведения."
"— Я соглашусь поехать, Томас… если ты окажешь мне любезность. Не говори другим о… словом, обо всем, что я тебе рассказала.
