Ой нет, нет! О чем она думает? Он просто большая обезьяна с красивыми чертами лица, вот и все. И потом он англичанин, слишком старый для нее, да еще аристократ, которых она ненавидит. Наверняка богат, может скупить все, что ему захочется. Законы для этого человека ничего не значат. Разве не возмутительно он вел себя по отношению к ней? Развратник, потаскун…
— Джорджи?
Шепот донесся до нее издалека. Она не сразу ответила:
— Я здесь, Мак.
Через несколько секунд она услышала шаги Мака и увидела тень, упавшую на верхнюю часть лестницы.
— Ты можешь выходить, девочка. На улице никого.
— Слышу, что никого, — проворчала Джорджина, поднимаясь по лестнице. — Где вы столько пропадали? Надеюсь, это не они вас задержали?
— Нет, я просто пережидал возле таверны, чтобы они не пошли за мной. Я боялся, что желтоголовый побежит догонять тебя, но его осадил брат.
— Так бы он меня и поймал, бугай здоровый, — фыркнула Джорджина.
— Радуйся, что он не погнался за тобой, — проговорил Мак, выходя с Джорджиной на улицу.
— Может, хоть в следующий раз послушаешься меня…
— Если вы скажете, что я во всем виновата, я не буду разговаривать с вами целую неделю.
— Может, это будет и к лучшему.
— Ну хорошо: я была не права. Признаю. Вы меня прощаете?
— Ладно… Эти два господина приняли меня за кого-то другого, так что ты здесь ни при чем.
— Но они разыскивали Камерона. Что, если Малкольма?
— Как это возможно? Они думали, что Камерон — это я. Позволь спросить: я похож на него?
Джорджина засмеялась, испытав некоторое облегчение.
Действительно. Что общего? Когда Малкольм сделал ей предложение, это был поджарый восемнадцатилетний парень. Конечно, сейчас он превратился в мужчину, вероятно, набрал вес и немного подрос. Но цвет волос у него остался такой же, как и у надменного англичанина — брюнета с голубыми глазами, и был он более чем на двадцать лет моложе Мака.
— Кто бы ни был этот Камерон, но я могу только посочувствовать бедняжке, — заметила Джорджина.
— Что, он напугал тебя? — хмыкнул Мак.
— Он? Но их было двое.
— Да, но, как я заметил, ты хотела бы иметь дело лишь с одним.
Джорджина не собиралась спорить по этому поводу.
— Они какие-то… разные, правда же, Мак? То есть вроде бы похожи, ном разные. Наверное, братья, хотя по виду этого не скажешь. А в этом Джеймсе есть что-то особенное… Впрочем, все это, наверное, чепуха. Я сама в этом не уверена.
— Удивительно, что ты это почувствовала, голубушка.
— Что именно?
— Что из двоих он более опасный.
