Впрочем, ее реплика не вызвала со стороны Добсона никакой реакции. Когда Джорджина стала подниматься за ним по лестнице, она услыхала, как Джереми озабоченно сказал:
— Вот так номер! Неужто ты хочешь поселить здесь свою содержанку? Тетя Рослин этого не потерпит.
— Твоя тетя будет до чертовой матери рада, парень. Можешь мне поверить. В конце концов, Джордж носит фамилию Мэлори.
— Ну да, конечно. А я твой законнорожденный сын.
Глава 40
— Шевели ногой, Джордж. Твои новые родственники скоро вернутся домой.
Джорджина приоткрыла глаза и увидела Джеймса, сидящего на краю кровати. Очевидно, во сне она придвинулась к нему и бедром коснулась его ноги. Но больше всего встревожило ее то, что рука Джеймса лежала на ее ягодицах.
— Как ты сюда попал? — спросила она, окончательно просыпаясь.
— Пешком, как еще? Со стороны Добсона было очень разумно поселить тебя в мою комнату.
— В твою комнату? Я ему сказала…
— Да, и он выполнил все точно. В конце концов, он не слышал, чтобы я отрицал твой статус.
В этом сомневается только Джереми, а не вся семья.
— Ты хочешь сказать, что он до сих пор сомневается? И ты не пытался переубедить его?
— В этом нет особого смысла.
Джорджина села в кровати и отвернулась, чтобы Джеймс не видел, как подействовал на нее его ответ. Что ж, она пробудет здесь недолго, потому что не имеет никакого значения, верит ли его сын в то, что Джеймс женат, или нет. По-видимому, Джеймс планировал посадить ее на первый же корабль, отплывающий в Америку. Очень хорошо, и чем скорее, тем лучше.
Она не хочет жить в Англии. И конечно же, не желает жить с человеком, с которым ее не связывает ничего, кроме постели. Это приятно какое-то время, но так не может быть всегда. Она не будет плакать на сей раз. Она уже достаточно ""много слез пролила из-за него. Если она ему безразлична, она тоже не станет думать о нем.
Джеймс не имел понятия, какой вывод Джорджина сделала из его реплики. Он не принял во внимание, что она совершенно не знает его сына. Высказывая сомнение, Джереми тем самым выражал лояльность Джеймсу, поскольку был осведомлен о взглядах отца на брак и о его зароке никогда не жениться.
И Джеймс не был готов объяснить, почему он изменил свои взгляды, поскольку сын снова усомнился бы. Поэтому какой толк забивать этому лоботрясу голову объяснениями, если время само все расставит по местам.
— Ты абсолютно прав, Джеймс, — сказала Джорджина, слезая с кровати.
— Прав? — Он недоуменно вскинул бровь.
