Выглянув в окно, я увидела длинный белый автобус, из которого стремительно выходили парни в одинаковых чёрных футболках, неся с собой спортивные сумки.
Я решила присоединиться к обсуждениям девушек. Втихую, пока Ника спала, я вышла из комнаты, направившись на кухню.
- Хоккеисты? — обратилась я.
- Да. — вяло ответила длинноволосая девушка, отведя взгляд от окна. — Пойду номера в гостинице посмотрю.
Она зашагала к выходу и то ли специально, то ли ненароком задела меня плечом. Правда, остановилась, но не извинилась, а всего-навсего окинула меня встревоженным взглядом.
Вдогонку за ней покинули кухню и остальные жительницы. За какой надобностью ей номер в гостинице?
Всё же спортсмены заселяются к нам, но хватит ли им места? Комнаты переполнены, не будут же парни спать впритирку друг с дружкой, словно забитые сельди в бочке. Прибывшие гости не второпях заходили внутрь через главный корпус.
Прикрыв дверь, я села на кровать и посмотрела на свою руку, по-прежнему сжимающую тряпку. Сейчас я злюсь на себя за то, что не могу совладать с собой: ладони вспотели, подрагивающая нога трясла моё тело, а глаза замерли и посмотрели в стену, точнее сквозь неё — в пустоту.
Вот бы придумали ""волшебную таблетку"", которая решит мою проблему стеснительности и страха перед неведомыми обстоятельствами."
"Ника сладко сопела, вытащив одну ногу из-под одеяла. До чего же красива, даже с растрепанным пучком на голове, без макияжа и в растянутой футболке. Она выглядит потрясающе. И я, откровенно говоря, завидую девочкам, которые в любом виде ощущаются, как поток свежего воздуха, как спокойствие в душе после затянувшегося дождя.
Кто бы что не говорил, но внешность многое решает в нашей жизни. Вряд ли кто-то захочет общаться с тобой, если ты не импонируешь человеку. Зачастую на характер не возлагают надежд, когда внешне человек полностью не нравится. Люди сами себя приучили искать выгоду во всем, к сожалению.
— Что за шум? — буркнула подруга, переворачиваясь с одного бока на другой.
— Хоккеисты приехали. — поделилась новостью я. — Слышишь?
По лестничной площадке разносился мужской смех, а затем и женский. Девчонки спрашивали имена парней, а те отшучивались, умалчивая о себе.
— Как? Уже? — Ника подтянула одеяло ближе к себе, прижала краешком к груди. — Обещай мне, что не будешь выходить по ночам из комнаты, пока они не уедут. — тяжко вздохнув, она забегала глазами по полу. — Пообещай, Эми.
— Я не понимаю, о чем ты.
