Вернешься сама – никаких репрессий».
Ирина еще раз прослушала сообщение.
Папа мог.
Он баловал детей, особенно, её, но никогда не отступал от установленных правил. Если папа что-то решил, переубедить его невозможно.
Вернуться домой? Но, ей нравилась самостоятельность и, что саму себя обманывать – нравилось работать. Она видела искренний восторг и благодарность людей, это здорово стимулировало и дарило радость. Потом, оказалось, деньги, которые ты берешь у папы и деньги, которые ты сам заработал – это разные деньги! Отношение к ним – разное.
И покупка – на папины или на свои, заработанные – тоже дает разное послевкусие. Где-то она читала рассуждения кошки – «Но у молока совсем не тот вкус, когда можно пойти и лакать сколько угодно из блюдечка. Надо выкрасть его из жестяного бидона, когда подвело живот от голода и жажды, а то в нем не будет того смака – не молоко это, да и только». Точно – Сетон-Томпсон, «Королевская Аналостанка»!
Память у неё хорошая. Но, что же, ей делать?
Наверное, придется, поговорить с Виктором.
Признаться, кто она и попросить защиты?"
"Черт, а, вдруг, он решит, что она специально скрывалась? Лучше, она сначала поговорит со Светланой Дмитриевной! Да, это – правильное решение. Женщина хорошо знает Виктора, и сможет подсказать ей, как правильнее повести разговор.
Девушка, в волнении кусала губы, не замечая, что «охранник Витя» уже вышел из дома и стоит сбоку на дорожке, рассматривая её.
Заснул он сразу, но проспал каких-то пятнадцать минут – зазвонил телефон.
«Кто говорит? Слон!»
Лучше бы, на самом деле – слон. Но звонила Тамара.
- Витя, ты уже вернулся? – нежным голосом заговорила она. – Здравствуй, милый! Я, так, соскучилась! Ты – дома? Сейчас приеду!
- Стой! Не надо приезжать! – попробовал отбрыкнуться мужчина. – Я – занят, и, вообще, собираюсь уехать по делам.
- Витя, но, нам надо встретиться и поговорить, - плаксиво продолжила девушка. – Ты же помнишь, что я ношу твоего ребёнка?
- Тома, какой ребенок, - с досадой ответил мужчина, - Я всегда надевал презерватив!
- Значит, в одном из них была дырочка, - невозмутимо заявила Тамара.
– В любом случае, ты не можешь от меня бегать всё время. В конце концов, мне надоест, и я пойду к газетчикам. Думаю, мне хорошо заплатят за сведения о твоей личной жизни и моральном облике.
- Что ты от меня хочешь? – устало спросил Крез. – Денег? Сколько? Учти, я не уверен, что ребенок существует, а, если он существует, что он – мой.
- Замуж.
Виктор рассмеялся.
