Онлайн-библиотека книг
Похоже, «Миллионер против миллиардера (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Аверин невразумительно хмыкнул. — Или перестраховались.
— Нет, — пожевал губу Аверин, — это пробивка. Он нас проверяет.
— Думаешь? — Ямпольский поднял бровь, Костя неопределенно пожал плечами. Кажется, он и не заметил, как они перешли на «ты».
— Что же нам делать? — Оля обвела мужчин растерянным взглядом. Те посмотрели друг на друга.
— Ничего, — уверенно ответил Аверин. — Играть по его правилам.
— Но по своему сценарию, — добавил Ямпольский, и Аверин согласно кивнул. — А ты, Оленька, сыграешь в нем главную роль.
Мужчины до полуночи протолклись в ее комнате под видом обсуждения дальнейших действий.
— Камень здесь, в доме, я в этом убежден, — утвердительно сказал Аверин, без спроса разлегшись на ее кровати и закинув руки за голову.
— Почему ты так думаешь? — спросила Ольга, озираясь, куда бы присесть. Костя подвинулся, но ответить не успел. Его опередил Ямпольский, который уселся в широкое кресло и призывно похлопал рядом с собой.
— В левой башне размещено хранилище с рукописями, и там же Давид держит свою коллекцию.
Она буркнула что-то неопределенное и присела на краешек кресла. Полвечера Ямпольский с Данилевским обсуждали чьи-то коллекции. Из их болтовни она поняла лишь, что ее временный жених неплохо разбирается в драгоценных камнях.
Потом мужчины принялись обговаривать завтрашний визит в хранилище и решать, когда лучше отвлечь Данилевского. Спорили до хрипоты, и Оле вдруг вспомнилось, как к отцу приходили сослуживцы.
— Ну все. Начинается ансамбль!
Папа весело смеялся и подхватывал:
— «Вокально-инструментальный, под названием «Молодость».*
Даже маленькая Данка наизусть знала текст песни, и вот теперь она занозой засела в голове.
Ударнику нравилась Оля, та, что играла на «Ионике»
А Оле снился соло-гитарист. И иногда учитель пения
Ольга тряхнула головой, чтобы песня отцепилась, но та впилась в голову намертво.
Учитель пения хоть был женат, имел роман с географичкой…
— Оля, ты нас вообще слушаешь? — недовольным тоном спросил Аверин, и она очнулась.
— Я ничего не понимаю в хранилищах, рукописях и коллекциях, — призналась честно. — Если надо отрезать что-то, отрежу без проблем, но не втягивайте меня в то, в чем я совсем не разбираюсь.
— Правильно, — поддержал ее «жених», — надо делать, что умеешь.
