Миллионщик

И Кокорев, как один из самых ярых критиков французов, метит на одно из этих мест. Как вам, возможно, известно, винные откупа вот-вот должны отменить, и для Василия Александровича теперь выбор новой предпринимательской стези весьма важен…

Я слушал, и в моей голове начал складываться новый, еще более дерзкий план. Если французы теряют свои позиции, если их вот-вот могут лишить правления, то стоит ли вообще искать с ними союза? Может, нужно поставить на другую лошадь? На тех, кто придет им на смену?

— Ваше сиятельство, — сказал я.

— Я должен поговорить с этим господином Кокоревым. У нас, кажется, могут найтись общие интересы.

Граф хитро улыбнулся.

— Я так и думал, что вы это скажете, господин Тарановский. Вы человек быстрый в решениях — это прекрасное качество!

— Вы не могли бы меня ему представить или дать рекомендательное письмо?

— Письма здесь не нужно, — ответил граф. — Он человек не того круга: к нему не надобно приходить с рекомендациями от графов, это скорее может навредить.

Контора его находится на Литейном проспекте. Приходите запросто, найдите его, скажите, что вы золотопромышленник, и думаю, он вас примет. Благородное дело золотодобычи нынче интересно всем, даже обладателям многомиллионного состояния!

Я встал, чтобы откланяться.

— Спасибо вам, ваше сиятельство. Вы мне очень помогли.

— Не стоит, — сказал он. — Мне, признаться, и самому любопытно посмотреть, чем закончится эта история. Это… оживляет.

Когда я вышел из особняка графа, голова у меня шла кругом.

Картина менялась с калейдоскопической быстротой. Французы, Рейтерн, Долгоруков, Левицкие, Кокорев, великий князь… Все эти фигуры сплетались в один тугой, запутанный узел. И мне предстояло не просто распутать его, но и сделать так, чтобы все нити в итоге сошлись в моих руках!

В этих раздумьях я шел к Невскому, погруженный в свои грандиозные замыслы, и не сразу заметил неладное. Но инстинкты, отточенные годами войны и каторги, не дремали.

Какое-то шестое чувство, холодок по спине, заставило меня очнуться. Я замедлил шаг и как бы невзначай посмотрел в отражение в витрине модного магазина.

За мной шли.

Их было двое. Люди в потертых, мешковатых армяках, с лицами, которые не запоминаются. Явно не просто так увязались они следом! Присматривают за мною ребята… Я усмехнулся про себя. Что ж, развлечемся.

Пройдя по Казанской, я свернул в какую-то узкую улочку, идущую параллельно Гороховой.