И он пожимал эту маленькую ручку, как бы говоря: «Я люблю тебя по-прежнему, я твой!»
Они смотрели друг на друга смеющимися, блестящими, влюбленными глазами."
"— До скорого свидания, сударь, — проговорила она нежным голоском.
— До скорого свидания, сударыня, — весело ответил он.
И она отошла.
К нему все еще проталкивались поздравители.
Толпа текла перед ним рекой. Наконец она поредела. Последние поздравители удалились. Жорж взял Сюзанну под руку и вышел из ризницы.
Церковь была полна народу, — все вернулись на свои места, чтобы посмотреть, как пройдут новобрачные. Дю Руа шел медленно, уверенным шагом, высоко закинув голову и устремив взгляд в лучезарный пролет церковных дверей.
По его телу пробегал холодок — холодок безграничного счастья. Он никого не замечал. Он думал только о себе.
Подойдя к выходу, он увидел сгрудившуюся толпу, темную шумящую толпу, пришедшую сюда ради него, ради Жоржа Дю Руа.
Весь Париж смотрел на него и завидовал.
Затем, подняв глаза, он различил вдали, за площадью Согласия, палату депутатов. И ему казалось, что он одним прыжком способен перескочить от дверей церкви Мадлен к дверям Бурбонского дворца.
Он медленно спускался по ступенькам высокой паперти, вокруг которой шпалерами выстроились зрители.
Но он их не видел. Мысленно он оглядывался назад, и перед его глазами, ослепленными ярким солнцем, носился образ г-жи де Марель, поправлявшей перед зеркалом свои кудряшки, которые, пока она лежала в постели, всегда развивались у нее на висках."
