Мимолётный Альянс

Дверь за спиной открывается, и я оборачиваюсь.

В спальню входит женщина с тёмными волосами, собранными в тугую ракушку. Она высокая, стройная и в элегантном костюме. Следом за ней двигаются две девушки в форме… в передниках, упаси боже. Они горничные, как я понимаю. Всё происходит быстро. Девушки ввозят столики, накрытые белыми скатертями. Женщина резко и чётко отдаёт им приказы на французском. Ни черта не понимаю.

Дверь закрывается, и женщина поворачивается ко мне. Она скептически осматривает мои спортивные штаны и футболку.

Незнакомка быстро подходит ко мне и хватает мой подбородок, поворачивая голову.

– Я сейчас тебе врежу, – угрожаю, отбивая её руку. Но она, словно не понимает меня. Подхватывает прядь моих волос. Она её нюхает! Боже, больная какая-то! Затем её руки проходят по моему телу, и я уже не в силах вынести это.

– Хватит! Я требую объяснений! – возмущаюсь я.

Женщина закатывает глаза и шумно вздыхает, словно я её утомила.

– Мадемуазель, моё имя Полин. Я придворный модельер, стилист и визажист. Сюда меня прислали для того, чтобы я вас подготовила к королевскому ужину. Мне нужно ознакомиться с материалом, – произносит она с сильным акцентом и снова делает шаг ко мне, а я – от неё.

– Я не материал, а человек. Это раз. Два, вежливость и этикет никто не отменял. Три. Сама справлюсь. И абсолютный верх наглости – щупать меня! Ясно? – Складываю руки на груди и зло смотрю на неё.

– Американка, – отворачиваясь, с нескрываемым отвращением цедит Полин.

– Если вам так не нравится моя страна, как и я, то дверь вон там, – цежу я.

– Дерик меня убьёт. Так что предлагаю скорее со всем разобраться. Вы помыли волосы. Это хорошо. Начнём с наряда, чтобы определиться с причёской и макияжем…

– Но… я умею сама, – уверенно произношу. Врушка. Не умею. Эта Полин странная, и веет от неё враждебностью.

– Без моей профессиональной помощи, мадемуазель, вы будете выглядеть хуже, чем уже есть. Обычно я получаю идеальный материал, а здесь… – Она снова окидывает меня пренебрежительным взглядом и кривится. – Много работы. Не знаю, как я успею вылепить из этого что-то сносное…

Задыхаюсь от грубости и оскорблений. Так позволено, вообще, разговаривать с людьми? Ладно, я. У меня с головой проблемы, а эта дамочка? Да пошла она.